Сборник «Краснокаменск»

Он был высоким, крупным мужчиной с длинной задней чёлкой и большими ушами. Одет был в то, во что практически всегда одевался: в камуфляжный костюм.

Гриша взял его за одежду и оттолкнул к стене.

– Чего тебя надо, негр?! Бабки мои вздумал украсть? А фиг тебе, – сообщил Вениамин и показал Грише средний палец.

– Твои деньги меня не интересуют, но ты как-то насолил моему напарнику, а наш наниматель хочет твоей смерти, ответил Гриша, и в это время в гараж зашёл Марк.

– А это твой парень? – усмехнулся Вениамин.

Марк подошёл к Заболотному, ударил его прикладом и, наведя ствол на него, спросил:

– Помнишь меня, сука?

– Я тебе, что ли, Интернет, чтобы всех помнить? Не знаю я тебя!

– Ах, так, значит? Слушай сюда: с помощью моего друга у меня осталось ещё два патрона. Мне интересно знать, что тебе дороже: руки, ноги или может? – спросил Марк, придавив дулом винтовки пах Заболотного.

– Нет, не надо. Только не это место. Скажи мне, кто ты, и я сделаю всё, что захотите! Хотите деньги? Я вам отдам всё до единого рубля, я даже кредитов сто возьму.

– Ты отдашь свою девушку, как предмет? – поинтересовался Гриша.

– Если, в общем, то она мне не девушка.

– А кто?

– Рабыня! – заявил Марк. – А «Анжелка» – это лишь кодовое имя. Он похищает девушек и заставляет их день напролёт выполнять любой его приказ от занятия любовью и до суицида. Одной из таких «Анжелок» была моя девушка Милана.

– А! Я тебя узнал! Сынишка Шифера. Я смотрю, ты подкачался, но вот занятия на развитие ума ты пропустил. Вы вот моих бестолочей убили, но я же не стреляю по вам из гранатомёта. Забудь про свою Милану! Сдохла она уже! Но как красиво это было! – с мечтательной улыбкой произнёс Вениамин. – Стоило ей лишь раз показать, каков на вкус кокаин, так она употребляла его больше и чаще меня.

– Ах, ты ж, тварь! – крикнул Марк и выстрелил в пах Заболотного.

Прозвучал такой вопль как будто из двух мужиков, хотя телосложение Заболотного намекало на то, что в нём итак живёт два человека. Гриша увёл Марка в сторонку на разговор. После выстрела и на протяжении всего разговора Заболотного выкрикивал на них все возможные обзывательства.

– Что ты делаешь? – спросил Гриша.

– А тебе-то что? Ему всё равно подыхать. Пусть перед смертью помучается так же, как и я, когда узнал, что он сделал с Миланой.