Город живых

В конце месяца меня торжественно поздравили с принятием в штат, и это был ещё один приятный повод отпраздновать.

День рождения, Новый, 2015-й, год, новая работа – в общем, конец года был ярким на впечатления и радостным.

Сейчас я стоял на кухне. Я отпил из кружки горячего кофе. Минутка рефлексии закончилась. В целом конец года был удачным, но кроме первого рабочего дня, интересного рассказать нечего. На календаре было 3 января.

* * *

Граффити. Что это, если не городские татуировки?! Город покрывается ими в переломные моменты.

Я не говорю о красивых рисунках или заборной живописи. Весной 2014-го донецкие стены окрасились в триколор. По всему городу стали появляться призывы к вступлению в ополчение, флаги Новороссии, надписи «Референдум», «Донбасс – это Россия», «Donetsk will be free» и тому подобное. Граффити передают настроения в городе. Протестное движение на Донбассе оставило свой след задолго до разрушений и луж крови. Первым визуальным напоминанием о восстании на Донбассе были граффити. Наверно, поэтому власти пытаются бороться с этим видом творчества, потому что они были предшественниками переворотов.

В полусонном трансе я проходил мимо народного творчества. Я все ещё не мог проснуться. Это не было похмелье. Атмосфера в городе напоминала состояние между сном и реальностью. Туман. Чавкающий под ногами снег. Полулюди-полузомби тянутся по пустынным улицам. Проезжающие мимо машины раздражали слух. Одной из них удалось окончательно меня разбудить. Старенькая «тойота» серо-ржавого цвета пронеслась мимо, окатив меня добротной порцией грязного снега.

Злость – хороший способ проснуться. Гнев пробуждает твое подсознание. В такие моменты понимаешь, почему люди называют жизнь дерьмом.

Утро было действительно паршивенькое. На работе меня встретил пустой офис. Большинство сотрудников догуливали свои праздничные каникулы. Пустые коридоры и эхо от шагов вдохновляют меня. Заходя в кабинет, я понял, что у меня уже была идея для написания очередного очерка. Но у кого-то были другие планы на мой счет.

– О, вот и он, – восторженно сказал Дима, мой начальник. – Могу тебя поздравить. Сегодня будет твой дебют. Поедем к моим старым друзьям по страйкболу. Они служат у казаков. Мне там обещали одного парня. Ему ноги оторвало. Будешь брать у него интервью. Ну, я не вижу радости на твоем лице!

Он улыбался во все тридцать два белоснежных зуба. Ему действительно казалась эта идея превосходной. Почему-то он был уверен в том, что я справлюсь с этой задачей.