Город живых

Четыре компьютерных стола, рядом с которыми стояли тумбочки. В центре комнаты портрет Ленина. Под ним стояла тумба, на которой были хрустальная кегля, несколько салфеток, одноразовые вилки и тарелки, старый электрический чайник из прошлых времен. Офис спешно оставили прежние хозяева, когда их «эвакуировали» на территорию, подконтрольную украинским властям. Я зашел в кабинет, где уже сидели несколько сотрудников, которые вдумчиво смотрели в свои мониторы. Они оторвались от своих занятий, когда заметили меня.

– Доброе утро.

Ты новенький? Добро пожаловать в «Правду ДНР». Меня зовут Лена, а это Ира. Я веду группы ВКонтакте и Одноклассники, а Ира – в Фейсбуке. Димы пока нет на работе. Он приходит позже. Ты пока можешь посидеть и подождать его. Твое рабочее место сейчас освобождают.

– Да, сейчас я. Немного осталось. Привет, – сказал мужчина с золотым зубом. На его столе лежал кофр с фотокамерой. На ремне от фотоаппарата желтым было написано «Никон».

– Я тут фотографом работаю. Хочешь я тебе покажу фотки?

– Давайте, – скромно ответил я.

– Смотри, какие кадры. Я могу тебе на рабочем столе оставить, если хочешь. Это я на Саур-Могиле сделал. Сразу после летних боев за вершину. Кстати, меня Игорь зовут.

Фотограф показал кадр, которым он явно гордился и считал одним из своих лучших. На снимке было изображено огромное количество гильз вперемешку с разрушенными камнями. Кадр меня действительно поразил. Ведь на этом месте я был в шестом классе. Я плохо помнил, как там все выглядело.

Помнил, как мне тяжело было подниматься вверх к стеле, от которой теперь остались лишь развалины.

– Ну, что ж. Я пошел. Лен, теперь я в том большом кабинете, в углу буду сидеть. Если захочешь – заходи. Давай, приятно было познакомиться, – он пожал мне руку и вышел из кабинета.

Немного рассмотрел оставленный на рабочем столе кадр. Вот она журналистика, думал я. Быть на местах событий. Делать снимки. Писать о произошедшем. Описывать свои ощущения. Рассказывать о происходящем из самой гущи событий.

То, о чем ещё несколько недель назад я и мечтать не мог. Сейчас я мог стать частью этого мира, а мог вылететь, так и не зацепившись.

Залп. Окна офиса задрожали.

– Не переживай. У нас такое часто бывает. Привыкнешь, – заговорила со мной женщина, которая до этого молчала. Я не сразу запомнил её имя.

– Я уже отвык от таких звуков. С августа не слышал их. Потерял сноровку, – пытался поддержать беседу я, но моя реплика была проигнорирована.