Полтавская битва

Лишь бы он в стороне остался и не помог бы Карлу своими солдатами. И не обманул Петра король польский, потому как деньги и не такие чудеса сотворить могли. Не пошли польские солдаты с Карлом на Москву.

А пока политики не без Божьего промысла чудеса дипломатии творили, в самой России создавалась новая армия, строился новый флот, и строилась новая столица – и всё это сразу и во время самой настоящей войны! Нет, по праву Петра Великим прозвали!

Армия такая должна быть, чтобы не просто устоять перед шведом, а побить его, – так рассуждал царь Петр.

А чем силен швед? Своей безудержной рукопашной атакой силен швед. Своей верой в короля и Бога силен швед. Своей холодной стальной дисциплиной силен.

Швед как штормовая волна – всё сметет. И если навстречу волне волну бросить… нет, поглотит шведская волна русскую. Швед не первый год уже в Европе бушует – опытный он вояка. С ним по его правилам сражаться никак нельзя. Против штормовой волны одна защита – крепкая и высокая дамба.

Никуда эта дамба не бросается, а стоит намертво. И такая она должна быть крепкая, чтобы самая лютая волна об нее разбилась и в капли разлетелась!

Такая нам нужна армия – крепкая как дамба! Такую и будем строить!

Потому и колокола со всей России собирали, и самых рослых и крепких мужиков в рекруты брили. И первое чему мужиков учили – так это стрелять. Никакой рукопашной против шведа. Стеной стоять, и бить его таким свинцовым боем, чтобы как о стену швед, о пули русские бился! И бежит швед – не преследовать его.

Пусть бежит. А в погоню пусть калмыки и казаки бросаются – они это здорово умеют – бегущих гнать с гиканьем и улюлюканьем, и спины и затылки рубить.

И еще одно царь Петр придумал (потому и набирали для этой царевой придумки самых рослых и сильных мужиков). А придумал царь «наступающую крепость». Не знала еще такого видавшая виды Европа, чтобы перед самым боем, за ночь, на поле, где на рассвете солдаты начнут колоть и стрелять друг друга, крепость выросла! Поле было еще вечером, а утром – земляные бастионы и редуты – высокие земляные стены вместо ровного места! А на стенах пушки! Не знала таких чудес Европа.

И, забегая вперед, можно сказать, что потом, в последующие года, сами европейцы стали придумку русского царя часто и успешно использовать (и себе эту русскую придумку приписывать). До того оказалось это славно и практично – «наступающая крепость».