Солнечный ветер

Где-то в пять утра, когда уже начало светать, мы спели пару песен под гитару и пожалев, что нельзя заказать пиццу, стали ее делать сами. Я смутно помню эту часть ночи, только к шести мы с Антоном остались вдвоём на ногах, поэтому вышли курить на балкон.

– Странно, – протянул он, щурясь на разгорающийся восход. Их дом был ближе всех к МКАДу на районе, и отсюда открывался прекрасный вид на залитое утренним солнцем Подмосковье.

– Что странно? – он слишком долго молчал и мне пришлось задать уточняющий вопрос.

– Странно, – он снова помолчал, как будто сомневаясь, говорить мне или на говорить. – Мы ведь с Катей вместе, пожалуй, только из-за этой квартиры. Мы давно живем каждый своей жизнью и достали порядком друг друга, но так неохота заниматься переездами, искать новую квартиру, делить эту. А теперь мы оба собираемся уехать туда, где этого в принципе невозможно будет сделать, другая планета – это тебе не другая квартира. И мы даже не вспоминаем насколько мы чужие. Глупо. И странно.

Глупо принимать такие решения просто потому что хочется перемен, подумалось мне.

Мы докурили и пошли спать. Мимо уснувших в обнимку на кухонном диване Сергея и Светы, Антон к нелюбимой жене на двуспальную кровать, я на матрас на полу, рядом с Костей. Морфей убаюкал меня очень быстро, несмотря на Костин тонкий храп под самым ухом, и сквозь сон я все повторял в полудреме незнакомое, но отчего-то притягательное слово.

Мне снилась деревня, тихая и мирная, живущая своей патриархальной жизнью вдали от цивилизации, но над домами вместо облаков висела на половину неба огромная летающая тарелка, вызывая во мне чувство беспокойства. Я метался в алкогольном сне, но проснулся только к трем часам дня, когда все уже разошлись. На кухне сидел в одиночестве за ноутбуком Антон, не спеша потягивая пиво из алюминиевой банки.

– Здоров спать! – вместо приветствия усмехнулся он.

– Я, пожалуй, кофе, – за время сна я протрезвел и похмелье почти прошло, алкоголя не хотелось.

Я сварил в турке эфиопскую арабику, основательно залил ее молоком, добавил две чайные ложки сахара и с удовольствием сделал большой глоток. Горячая сладкая жидкость ласковым комком провалилась по пищеводу в желудок и отдалась там теплом, щедро испуская кофеиновую бодрость. Вот это я понимаю живительный напиток, не то что ваше холодное пиво.