Окно на Европу. Книга 2

Вот только информацию, что он сейчас случайно услышал, он не должен был знать. Это был наш общий секрет. Никита проболтался, расслабившись в ходе разговора.

– Никита, ты идиот! – толкнула в бок двоюродного брата Салия, а Риза дала ему подзатыльник. – Иди лучше на площадь трепаться, там желающих послушать много!

Следопыт вжал голову и сморщился, словно старый шарпей.

– Прости, Дима, – очень тихо сказал Никита и повернулся в сторону Мартина.

За нашим столом повисла неловкая тишина. Неприятная ситуация вышла.

– Что? Я сейчас услышал лишнее? – неуверенно спросил Мартин. – И что теперь?

Не знаю, зачем я поступил следующим образом, но мне почему-то очень захотелось навести жути. А с другой стороны, я собирался рассказать всем, что я с другой планеты. Но как еще было дать всем понять, что им следует держать язык за зубами? Я молча поднялся из-за стола и отошел чуть в сторону, где было больше свободного пространства.

Все молча следили за моими действиями, а Мартин, словно почувствовав что-то, подобрался и напрягся.

Я же остановился в пяти метрах и развернулся к нему лицом. В следующий миг в моей руке проявилась плеть молнии. Воздух наполнился запахом озона и щелчками разрядов извивающейся по полу бело-голубой плети. Во входном проеме промелькнул силуэт нашего конюха, затем послышался резкий звук закрывающихся входных дверей. От внезапного грохота все вздрогнули, а Мартин попятился назад.

– Дима, ты чего? – тихо спросила Риза. – Не надо так шутить, дорогой. Убери, пожалуйста, свою игрушку.

– Мартин, у тебя есть выбор, – твердым голосом произнес я. – Или ты с нами до конца и все тайны умрут с тобой, или все, что ты услышал, умрет прямо здесь.

– Что? А-а, конечно, я с вами! У меня и в мыслях не было… Я все понимаю и умею хранить тайны! Может, уберешь эту жуткую штуковину? Я с детства боюсь молний.

Наверное, это все как-то глупо смотрелось, но впечатление на присутствующих произвело. Мартин крепко держался за стол руками и не сводил с меня глаз.

Я кивнул головой и растворил свою плеть. Наступила тишина, а кто-то даже выдохнул с облегчением.

– Сашка, тебя это тоже касается! – обратился я к своему помощнику.

Мой личный помощник сидел в стороне и опять почему-то улыбался. Вот же мелкий проказник! Ничего не боится!

– Если ты хоть слово случайно обронишь на стороне, я сделаю так, что ты будешь улыбаться не переставая всю свою оставшуюся жизнь, – сказал я тихим голосом, медленно чеканя каждое слово.