Комната снов. Автобиография Дэвида Линча

Плюс ко всему я впустую потратил чертов последний год. Я разозлился не на шутку. Я ураганом несся по коридору, встретил Джилла, и когда он увидел мое лицо, воскликнул: «Дэвид, стой! Стой!» Он бежал за мной, но я шел прямо к кабинету Фрэнка, прошел мимо Миерки, его помощницы, вошел и сказал: «Я ухожу!» Я вылетел из кабинета и пошел к Алану. Он сказал: «Я тоже ухожу!» Вот так мы двое отправились в Hamburger Hamlet, жаловались друг другу и пили кофе. Несколько часов спустя я вернулся домой, и когда Пегги увидела меня, она спросила: «Что произошло? Звонили из школы – они очень расстроены, что ты уходишь!» Я снова пошел к ним, и Фрэнк сказал: «Дэвид, раз ты хочешь уйти, значит, мы что-то делаем не так.

Что ты хочешь делать?» «”Голову-ластик”», – ответил я. «Будешь делать ”Голову-ластик”».

Как только я начал работу над «Головой-ластиком», я перестал ходить на занятия, но периодически заходил посмотреть кино. Киномеханик в зале института был настоящим ценителем, и когда он говорил: «Дэвид, ты должен посмотреть этот фильм!», я знал, что это будет что-то особенное.

Одним из фильмов, который он мне показал, был «Кровь животных», французская картина, где параллельно показываются двое влюбленных, которые идут по улицам маленького французского городка, и большая старинная бойня. Внутренний двор, выложенный булыжником, толстые цепи, металлические инструменты. Они привели лошадь и сделали так, чтобы из ее ноздрей шел пар; на лоб ей надели какую-то штуку – и бум! Лошади досталось по полной. За цепи, обмотанные вокруг копыт, ее поднимали и за пару мгновений освежевывали, а кровь стекала в решетку. Это было нечто.

Я подыскивал актеров для «Головы-ластика» и вспомнил про театрального режиссера по имени Дэвид Линдеман, которого я помнил еще студентом в Американском институте киноискусств. Я описал ему персонажа Генри и спросил, знает ли он актеров, которые могли бы его сыграть. Он назвал двоих. Одним из них был Джек Нэнс, и я решил с ним познакомиться. В случае с «Головой-ластиком» я взял на роль первого же человека, с которым встретился, буквально первого.

Не то чтобы я брал всех подряд, просто все они подходили идеально.

Особняк Доэни был построен на холме. В нем были первый этаж, второй и подземный, подвал с комнатами, которые переделали в офисы. Были также боулинг и прачечная, где Доэни стирали вещи. Поскольку солнечный свет помогает при стирке, там была яма, которую нельзя было увидеть с улицы ни с какого ракурса.