Миры

 – С этим у нас разговор короткий. Тронете девочку – убью…

В её глазах был пугающий тёмный огонь, а на губах застыла лёгкая улыбка. Казалось, ей было забавно наблюдать за всем этим, и она готова задушить этого человека. На пару мгновений в ней проскользнуло что-то безумное. Никто не хотел связываться с ней здесь.

Она прижала нож к его брюху.

–Вы думаете, у меня не поднимется рука? Но это не так. Закапывать ваши трупы, если что, будем под тем мостом…

Парни скривили свои физиономии, пролепетали что-то.

Один исчез сразу, второй дождался, чтобы его отпустили и тоже исчез. А Катя вздохнула с облегчением.

–Спасибо, – прошептала она.

–Ты мне по-прежнему не нравишься, – сказала Эндра холодно. – Но ты можешь быть полезна, пожалуй. И я слежу за порядком.

Девочка с опаской наблюдала за людьми, сжимаясь от каждого звука, каждого шороха. Ещё никогда ей не было так страшно.

Олег ничего не сказал, но его пальцы сжались в кулак и побелели от напряжения. Если б не вмешательство этой женщины, ему пришлось бы драться.

И, возможно, пролилась бы кровь.

Ночь наступала здесь достаточно резко. После красивого заката солнце падало за горизонт, словно оно устало светить, и становилось темно. Лишь огонь костра и нескольких факелов освещали этот мрачный лагерь.

Поздно вечером пленников привязали к деревьям толстыми витыми верёвками, потом принесли ещё похлёбку и немного сыра. Несколько парней затянули какую-то печальную бандитскую песню под звуки дудочек и барабанов.

Катя долго пыталась перегрызть верёвку или ногтями хотя бы ослабить узлы, чуть ли не до крови стёрла пальцы, но это было бесполезно. Она сдалась и хотела заплакать, но слёз не было. Лишь некое опустошение…

Ночью ребята еле уснули в положении сидя, они чувствовали себя разбитыми. Ночь баюкала и усыпляла. Казалось, звёзды шепчутся в таинственной дали. А где-то в лесу кричали ночные птицы, тихо шептал ветер, пели цикады. И с каждым выдохом приближался новый день.

Олег проснулся ночью и решил, что пора делать ноги из этого места.

Разбойник, который охранял пленных, был так пьян, что уснул прямо на траве. Он ворочался, что-то бормотал сиплым голосом и обнимал недопитую флягу.

Олегу удалось высвободить одну ногу, потянуться вперёд и зацепить носком сумку пьяного. К счастью, его надежды оправдались, и уже через минуту в его руке оказался маленький перочинный нож.

Парень с облегчением перерезал верёвки, сковывавшие тело.