Я – Сания: история сироты

Как нас в наказание за проступки держали на корточках, как оставляли без еды, как били скакалкой и ремнем, как оставляли намыленными в ванне. Я вспомнила всю свою жизнь – чуть ли не с пеленок. Вспомнила мальчика, оказалось, его зовут Сергей – он следом за мной перешел из дома ребенка в детский дом, в дошкольное отделение, и я его там узнала. Хотя до этого в моих воспоминаниях его не было, но я вдруг словно «увидела» ситуации, о которых он мне рассказывал: «А я помню, как тебя переселили на двухъярусную кровать, на нижний ярус».

И я увидела этот момент, словно в кино! С тех пор специально пыталась запомнить каждый день, который проживала, не хотела что-нибудь упустить. Внутри меня то и дело всплывали яркие картины из далекого и недавнего прошлого, я могла их подолгу разглядывать, различать цвета и формы предметов, выражения лиц и одежду людей. Это было для меня чудом!

А через две недели после переезда из дома ребенка в детский дом, десятого декабря 1998 года, мне исполнилось шесть лет. В этот день меня все начали поздравлять.

Я не понимала, с чем поздравляют. Что такое случилось? Это был мой первый настоящий день рождения. До этого я просто не знала, сколько мне лет и что значит рождение. Никогда не задумывалась об этом. Просто была существом, которое жило внутри себя и подчинялось внешним обстоятельствам.

В детском доме у меня появился возраст. У меня появилось имя. У меня появилась память! Где все это было до моих шести лет? Я не знаю. Но по прошествии многих лет не сомневаюсь в одном – не будь тридцать малышей безликим стадом, я бы начала ощущать себя намного раньше.

Только кому это нужно? Кому я сама была нужна? Источник проблем, мокрых простыней, а значит, лишней работы…

В шестом классе нам задали сочинение на тему «Мой дом». И я написала о доме ребенка все, что смогла вспомнить. Очень четко, с подробностями, в деталях. Написала о том, как жила и что именно чувствовала. Написала о том, что делали воспитатели и как относились к нам. После того как учительница прочла сочинение, меня вызвали к директору детского дома.

Он замечательный человек! Все дети, даже самые отъявленные хулиганы, уважают его и любят до сих пор.

– Соня, скажи, это правда? – Виктор Яковлевич хмурился.

– Да. – Я смотрела не на него, а в пол.

– Ты не врешь? – Он переспросил так, что я поняла: речь о чем-то очень и очень серьезном.

– Нет, я не вру. – И подняла на него глаза.

А потом, через год, я узнала, что то учреждение для младенцев-сирот закрыли.