Мистическая Якутия. Рассказы и повести

Вся команда одета в общевойсковую камуфлированную форму, и у каждого на поясе кроме пистолета – якутский нож. А как же – в тайгу без ножа ни шагу, народный нож – на все случаи жизни, универсальный. У верткого Косякова заряженная двустволка торчит за спиной – а вдруг утки с зайцами, и это правильно, даже хорошо. Но я поймал себя на мысли о том, что из-за его чрезмерной вертлявости часто смотрю, не зацепил бы он случайно предохранитель и спуск ружья за что-нибудь. У здоровяка Паши в деревянной кобуре пистолет Стечкина, – ему, наверное, решили его выдать соответственно комплекции.

Рост чего стоит – два ноль пять. Я сам немаленький, но рядом с ним ощущал себя ребенком.

По поводу ножа у меня свои задумки были, поэтому парней заинтересовал нестандартный размер моего клинка – довольно широкий и длинный, быка проколет. Чтобы преждевременно не раскрывать планы, и боясь насмешек, на вопросы ответил шутками.

Место изучали всей группой. Взошли на пригорок, Паша сразу определил:

– Арангас называется, здесь шамана когда-то похоронили.

Только вандалы и сюда добрались, вон, кости валяются, бубен трухлявый. Еёйный марафет!

– А череп где? – поинтересовался Косяков.

– В юрте, – спокойно ответил я.

Косяков посмотрел на меня как на брехуна:

– С чего это в юрте, разве так бывает?

– Пошли, увидишь.

В юрте увидели следы добротной пьянки: бутылки, чайник, ведро, посуда, остатки пищи.

– Еёйный марафет!

– Вот ни хрена себе, глядите!

Я обернулся, Косяков тянул руку к черепу, лежащему на полке над входной дверью:

– Шикарная пепельница получится!

– Отставить! Не трожь! – на всякий случай уточнил: – Зараза, вирус!

Водитель отдернул руку, но продолжал с интересом рассматривать череп.

Будто друг в друга вглядываются.

– Какая зараза, Вань… видел я у людей пепельницы из черепов сделанные, и ничего, все живы-здоровы. Спиртом обработать, полирнуть…

– Сказано – не трогай! – встрял здоровяк Паша, мило улыбнулся, – а то тебя сейчас полирну.

Без обработки.

– Грабиян! – огрызнулся Косяков.

– Ладно, ребятки, – скомандовал я, – надеваем сапоги, едем на тот берег.

Ботинки оставили здесь же, натянули на ноги высокие болотные сапоги.

Пока ехали, я вынул из вещмешка одолженную у соседа малогабаритную видеокамеру, проверил работоспособность. Парни поцокали языками, повосхищались: в 2001-ом это большая редкость.