В коммандо

Восьмидневное сражение при Тугеле – Разговоры о вмешательстве –Освобождение Ледисмита

Прежде, чем мое колено было окончательно вылечено, я возвратился к Ледисмиту. Первым, что попало мне на глаза по возвращению в лагерь, был воздушный шар, висевший в небе над Ледисмитом. Он выглядел, как большой крокодилий глаз, потому что казалось, что он следит за всеми моими движениями. Когда я ходил, чтобы найти лошадь или принести воды, он стоял высоко в небе, и у меня было ощущение, что он следит только за мной, и казалось, что в любой момент на меня упадет снаряд.

Мы никогда не видели столько мух, сколько их было под Ледисмитом. Есть нужно было очень быстро, потому что они делали процесс еды почти невозможным. К счастью, я пробыл там недолго, как к концу января 1900 года часть нашего коммандо, включая моего брата и меня, была послана к Тугеле в качестве подкрепления. Пути туда было четыре с половиной часа, и дорога была трудной, потому что враг пытался перерезать нам путь. Прибыли мы в тот же день, спустя всего два дня после того, как враг попытался обойти Спионоскоп с правой стороны и потерпел поражение.

Приближаясь к высоким горам рядом с Тугелой, мы слышали все более отчетливый шум винтовочных выстрелов, прерываемых ревом орудий и стрекотом наших «пом-помов

», которые заставляли наши сердца трепетать, а сердца наших врагов сжиматься от ужаса. Поскольку мы мчались вдоль подножия гор, пули, которыми враг осыпал верхнюю часть горы, чтобы прижать буров к земле, поднимали пыль вокруг нас.

На следующее утро мы пошли, чтобы залечь в окоп, который был вырыт нашими на возвышении справа от Спионоскопа. Накануне там были ранены восемь бюргеров. Фельдкорнетом был Рэд Дэнни Опперман. Недалеко слева от нас стояло несколько наших орудий, а перед нами, тоже слева, на длинном склоне горы, мы видели четырнадцать вражеских. Прямо перед нами рос большой лес, а рядом с ним располагался английский лагерь. Мы видели, что враг перемещается большими плотными квадратными массами.

День был ужасно жарким, а мы должны были целый день лежать в окопе, потому что враг целый день обстреливал нас с небольших позиций, которые были перед нами на расстоянии в 1500 шагов, и снаряды все время взрывались над нашими головами. Начиненные лиддитом снаряды, от взрывов которых все сотрясалось, равномерно летели со стороны леса в сторону нашей батареи слева от нас, но только часть нашего окопа (где, по счастью, в тот момент никого не было) была разрушена.