Апостолы

 – Ещё через двое суток, если боги будут к нам милостивы, пройдём Сидон, а потом и Тир. И только потом нам откроется Палестина! – Он внимательно посмотрел на своего пассажира. – Конечно, это не моё дело, юноша, но меня так и подмывает спросить: зачем учёный грек – совсем не бродяга! – он отрицательно покачал пальцем, точно подтверждая этим красноречивым жестом свои слова, – отправляется в такую даль? На самый край света? В страну вечных бунтов и восстаний, в страну междоусобной вражды и вещих юродивых? Что там забыл такой молодой человек, как ты?

– Я ищу своего Бога, капитан! – открыто ответил Лука.

Командир корабля не стал скрывать удивления ни лицом, ни возгласом.

– Ого! – воскликнул он. – Клянусь Зевсом, это смелый ответ! Кого же из них, этих богов, ты хочешь найти в Палестине? Кого ты ищешь?..

– Одного-единственного, капитан! – ответил молодой человек. – А вот как его зовут, я пока не знаю сам! Но уверен: мне подскажут!

– Что ж, тогда ты выбрал правильный путь! Неразумный, – он снисходительно покачал головой, – но правильный: Палестина и есть страна богоискателей! Мой тебе совет: разочаруйся поскорее в чужих богах и возвращайся в благословенную Антиохию.

Нет места радостнее и благополучнее этого края! – Он хлопнул крепкой ладонью по руке молодого пассажира. – И вот что ещё: ты мне нравишься, лекарь! За спасённого старшего матроса я возьму с тебя только половину положенных за путешествие денег! Ты сохранил для меня и доброго помощника, и верного друга! – Капитан сделал глоток из фляги, вновь хлопнул широкой ладонью – на этот раз по поручню, и двинулся проверять работу своей команды.

На пятый день они проплыли мимо Тира – издалека, в розовой утренней дымке над морем, они увидели этот древнейший город-порт, некогда первый из городов древних финикийцев. Он был основан на острове и тем самым оказался почти неприступен для своих врагов. Грозный Навуходоносор безуспешно осаждал его долгие тринадцать лет, а взял Тир, почти год продержав его в осаде, Александр Великий.

Он просто «нашёл подход» к этому городу. Взял и насыпал к Тиру – прямо в море – дорогу-перешеек из камня и подкатил к его стенам катапульты. И сотни кораблей облепили древний город с моря. Около десяти тысяч жителей погибли во время осады и более тридцати тысяч были обращены в день взятия Тира в рабство и проданы на рынках Ближнего Востока.