Егерь Императрицы. Граница

– Вот потому-то, ребятки, он и не стрельнул, – объяснял слушателям Лешка. – Запустил хозяин свое оружие, затравочное отверстие в замке он не вычистил от нагара. Курок-то турок спустил, а тот в холостую щелкнул. Вот за это небрежение он и поплатился. Пришлось ему с клинком в рукопашную идти. А так бы бахнул, и даже если промахнулся, то все равно бы тревогу поднял. Вот потому мы и проверяем свое оружие по три раза на дню, а вы его чистите и смазываете по несколько раз. Так что не ворчите, вот вам чужой опыт в небреженье, – и он, направив ствол за борт, опять пару раз щелкнул курком.

 – Держи, Лазар, разрядите его, разберите по мелким деталям, все вычистите, соберите, он вам еще верой и правдой служить будет. Так-то доброе оружие, ствол хороший, замок на нем надежный, видно, что это австрийское изделие. Значит, и хозяин его не из простых соглядатаев был.

– Господине официре, зашто имате тако поцепане униформе? – младшая из стоящих рядом сестер Живана Милица с улыбкой кивнула на старые штопаные матросские робы.

 – Или у рускоj воjсци тако сви ходаjу?

Алексею стало даже как-то неловко. Он почему-то покраснел и замешкался с ответом.

– А ну брысь отсюда, стрекоза! – подошедший сзади брат громко шикнул, и девчонки со смехом убежали к кормовой каюте. – Будете мешать солдатам и матросам, точно такие же робы наденете! Лучше, вон, помогите нашему коку готовить обед, и сколько раз вам уже можно повторять – говорить на людях только на русском! Мы в Россию плывем!

– Да, брате! Слушаjте, господине официре! – девчонки показали ему язык и нырнули за дверь каюты.

– Ох и стрекозы! – покачал тот головой. – Ничего, совсем скоро подрастут, и можно будет уже замуж выдавать. У нас с шестнадцати самый возраст для замужества. Боюсь, только бесприданницами они будут у меня.

– Не бойся, господин офицер, – улыбнулся Алексей. – Капитан-поручика получишь по итогам войны, да и премиальные хорошие будут. Только бы нам вернуться. Сам слышал – впереди два опасных участка, как бы нам там прорываться не пришлось!

К Железным воротам подошли в темную, пасмурную ночь.

Небо было затянуто тучами, накрапывал мелкий дождик, и шхуна, спустив паруса, прошла десять верст по быстрому течению речной теснины всего лишь за один час. Зоран сам лично встал к штурвалу и словно бы на ощупь вел свое судно. Вот показались и утесы Голубацкой крепости, охраняющей самый узкий проход. На старинных бастионах тускло горело несколько светильников, но людей нигде вокруг видно не было.