Егерь Императрицы. Граница

 – Можно вас всех попросить задержаться? Ровно через неделю, в следующий четверг, приглашаю вас к себе на семейный ужин. Мы по прибытии сюда сразу же сняли приличный домик с садом в предместьях и все будем рады вас видеть у себя в гостях. Хотел бы вас всех познакомить со своими близкими, отметить наше счастливое прибытие в дружеском кругу, да и просто отдохнуть в непринужденной обстановке.

– О, это прекрасно! – восторженно выкрикнул Бестужев. – Я уже и забыл, когда был в последний раз в приличном обществе с гражданскими людьми.

 – Вокруг одни лишь ваши морды в картузах с волчьими хвостами, – толкнул он плечом Хлебникова Славку. – А еда будет из сербской кухни или опять привычный армейский порцион? – и он подмигнул Алексею.

– Южная, славянская кухня примерно вся между собой похожая, – усмехнулся Милорадович. – Незначительные различия, конечно же, в ней имеются, но этот так, только для больших знатоков. Главное, чтобы ее готовили сведущие в этом деле люди, и обязательно с душой, а моя мама и тетушка Антония – прекрасные хозяйки, при самых прилежных помощницах.

Да и дяде всегда удавались мясные блюда. Можете даже не сомневаться, господа, вам у нас очень понравится. Если командир не против, то я бы пригласил к себе еще и нашего Курта. Кстати, это именно он посоветовал мне хозяина такого удачного дома. В противном случае мы бы, наверное, мыкались в поисках жилья еще долго. Война закончилась, господа, наш Курт совсем скоро уволится из армии. И, как знать, будем ли мы потом с ним вообще видеться?

– Я, разумеется, не против.

А как все остальные? – Алексей оглядел своих офицеров.

– Мы только – за, конечно же – за! – загомонили те в ответ.

– Ну вот и прекрасно, – улыбнулся Живан. – Тогда ждем вас в следующий четверг к шести вечера. И просьба никому не опаздывать!

Алексей шагал вместе с Гусевым по направлению к госпиталю. В нем на излечении сейчас оставалось четверо егерей с наиболее серьезными ранениями. Остальные пятеро были в месте проживания личного состава и наблюдались там ротными лекарями Мазурина.

– Даже не знаю, куда Карпыча вывезли, Алексей, – пожал плечами подпоручик. – Мы ведь как с вами на реке расстались, три дня марша, и сразу же к себе в расположение прибыли. Я на следующий день в госпиталь пришел, чтобы навестить наших, а там только Милушкин остался. Я к нему: «Авдейка, а Карпыч где?» «Да намедни, – говорит, – отправили обозом в сторону Фокшан».