Вспомнить всё… Сборник рассказов лейтенанта о своей службе в Чечне 2003—2005 гг.

Вокруг рва натянуты два ряда уже колючей проволоки. От земляного вала в четырёх направлениях наискосок идут ходы сообщения и окопы для стрелков. Таким образом застава могла вести круговую оборону.

Занимал заставу один мотострелковый взвод. Распорядок дня был такой: до обеда – положенный отдых, после обеда до вечера – занятия по боевой подготовке, а с вечера – боевое дежурство. Для расширения фронта охранения на километр от заставы выдвигались наблюдательные посты – один бронетранспортёр и расчёт из двух-трёх бойцов.

Как раз их-то мне и приходилось впоследствии каждую ночь проверять.

От казармы по направлению к штабу двигался какой-то старший лейтенант – ростом невелик, смуглый, кепка набекрень, выгоревший камуфляж, ремень болтается. «Что за перец, интересно», – пронеслось у меня в голове. Через секунду перец оказался моим командиром роты. «Серёга, – представился мой будущий командир. – Там Урал ждет за КПП, на заставу поедем, будешь должность принимать», – быстро взял он меня в оборот.

Я немного опешил от столь резкого поворота событий, что-то промямлил про вещи и сумку. Серёга почесал затылок и дал мне десять минут забрать из общаги всё самое необходимое. После мы встретились у КПП, ротный прыгнул в кабину, я с сумкой – в кузов бортового Урала, взревел мотор, и мы двинулись по бетонке.

Когда мы отъехали от части, справа я увидел парк боевых машин, а чуть дальше слева за огромными земляными валами – РАВ-склады (то есть склады ракетно-артиллерийского вооружения).

Минут через пять бетонка ушла прямо и вправо к другим заставам, а машина свернула влево на полевую дорогу.

Пришлось немного потрястись: военный Урал – машина отличная, с отличными внедорожными качествами, но, как и вся техника вооруженных сил России, мало продумана для комфорта личного состава. Кузов и кабина жёстко приварены или прикручены, неважно, к раме без какой-либо амортизации, и тряска достигает порой 9 баллов по шкале Рихтера. Блин, похоже, конструкторы этой машины выросли на книгах о Павле Корчагине, «Как закалялась сталь», видели в солдате образ Рахметова, спавшего на гвоздях в романе «Что делать» Чернышевского.

Вы, инженеры технической мысли, серьёзно думаете, что у бойцов российской армии стальные задницы и нервы как канаты?! Слышали бы вы, сколько матов разносится по необъятной родине, когда мы воюем на вашей технике.

Заскрипели тормоза, Урал встал как вкопанный возле заставы №1, меня окутало рыжим облаком.