История моего стыда

Разбор чемоданов почти полностью занял оставшийся вечер. Внутри шкафа, занимавшего добрую часть моей каморки, я нашел какие-то старые книги, фотографии высокого стройного офицера и большой немецкой овчарки, подписанной снизу как «Скиф». На другой полке меня встречало воинство лягушек всех мастей и размеров: хрустальные, глиняные, деревянные лягушата задорно лупоглазили на меня, словно предупреждая, что неотступно бдят за новым постояльцем.

Интересная коллекция! Эти две полки я оставил как есть и занял оставшиеся.

Вечер клонился к закату, и желудок требовал подкрепления. С интересом изучая квартиру, я заглянул на кухню. Привычная мне обстановка: каждый уголок пространства задействован на максимум, повсюду расставлены бутылки с Бог весть какими жидкостями внутри, внизу – соленья, вверху – приправы. На плите стояла огромная алюминиевая – не иначе как еще советская – кастрюля с какой-то бурлящей кашей внутри.

На кухню вошла хозяйка.

– Раиса Ивановна, а что это? – поинтересовался я, указывая на кастрюлю.

– Так это каша, – незатейливо ответила она.

– А можно я ее попробую? Не ел весь день.

Женщина удивительно приподняла бровь и поглядела на меня.

– Если хочешь, то бери.

Я с благодарностью налил себе целую тарелку и съел ее в один присест.

– Очень вкусно! Спасибо вам огромное!

– Да ладно, уж за такое точно не благодари, – она надела легкую куртку, взяла огромную кастрюлю и вышла с ней во двор.

Недоумевая, я стал ждать возвращения Раисы Ивановны, попутно изучая кухню.

Вернулась она минут через десять с опустевшей кастрюлей.

– Как видишь, добавки больше нет, Дима, всё съели, – с непроницаемым видом женщина стала мыть посуду.

– А кто съел-то? – поинтересовался я.

– Так собаки и съели, кто же еще. Я варю им кашу и кормлю каждый понедельник, – невозмутимо ответила Раиса.

Я поперхнулся.

– А почему вы мне не сказали?

– Так ты и не спрашивал. Ты был голоден, попросил каши, а молодым людям я никогда еще не отказывала, – она весело подмигнула мне.

Я смотрел на нее, недоумевая, что происходит.

– Да не переживай ты так, я добавляю в эту кашу только крупы трех видов. У собак шерсть от них прямо лоснится! – наконец она не выдержала и засмеялась.

– Я, пожалуй, пойду, – тихо сказал я и вышел из кухни.

В своей комнате я открыл телефон с непрочитанным сообщением от Марии.

– Я забыла предупредить: у хозяйки квартиры крайне своеобразное чувство юмора. Она очень любит смеяться и пошло шутить.