В О В: Истории концлагерей и их обитателей

Его отправят на фронт, и там он будет защищать страну. Но, ужас состоял в том, что в одном из боев погибнет Дмитрий. Он погибнет героем, может быть пропадет без вести. У него не будет могилы, и станет он неизвестным солдатом. Мать никогда не узнает, где похоронен ее солдат, сын своей отчизны. Ей скажут, что он погиб смертью храбрых защищая свою страну, свою родину, и где его теперь могила? Неизвестно.

Дмитрий решительно сказал:

–Мама, я решил. – он сделал однозначную паузу, и добавил. – Иду на войну.

Мать тотчас же бросилась к сыну, и прижав его к себе, однозначно заявила:

–Не пущу.

 – на ее глазах появились горькие слезы. Сердце билось так, как будто предчувствуя неминуемую трагедию. Ощущение такое, что она потеряла в своей жизни самое дорогое что у нее было на свете. Она смотрела куда-то вдаль. В кухонное окно, в пустоту. Она не могла поверить в то, что произошло. Война – женское начало. Имя существительное, женского рода.

Дмитрий посмотрел на мать, и сказал:

–Я должен. – и добавил.

 – Это мой долг.

Мать смотрела на своего дитя, и понимала, что она все равно не сможет удержать своего единственного сына от его судьбы. Война – имя существительное, женского рода. Горе-матерям отправляющие своих детей на войну. Они понимают как никто, – это их удел. Удел родить и вырастить защитника отечество, сына – солдата. Стоя?щего плечом к плечу с такими же, как и он сам, на стражи своей родины.

Елизавета сказала:

–Но ведь только шестнадцать. – затем она с грустью добавила.

 – Мой сын еще совсем ребенок.

–Нет. – ответил Дмитрий. Он возразил матери. – Я не ребенок, а мужчина.

Мать легонько улыбнулась, и погладив сына по голове, тяжело вздохнув, сказала:

–Для матери сын или дочь, всегда остаются маленькими детьми.

Что же, в этом Елизавета права. Вряд ли кто-либо из женщин скажет, что ее дочь или сын уже взрослые. Для матери ее дитя до самой ее смерти будет ее ребенком.

Дмитрий сказал:

–Как только откроется военкомат, я пойду добровольцем.

–Что же, – с грустью сказала мать. – я хочу, чтобы мой сын сам решил, что он хочет. – она тяжело вздохнула. – Если мой сын решил пойти на фронт добровольцем, что ж, так тому и быть. – сама же она подумала: шестнадцать. В армию берут с восемнадцати. Хоть бы не взяли. Он ведь сам не понимает еще до конца, что значит ВОЙНА.

Глава 3

Призыв

Военкомат

Военкомат открыл свои двери в восемь часов по московскому времени.