Эскадрон, сабли наголо!

Чанов достал трут и, выбив на него из огнива искры, раздул огонек.

– Ого, да это никак знакомый, – вглядываясь в черты лежащего, пробормотал Иван. – Ну точно, знакомый, сами гляньте, братцы, – и он перевернул на спину обмякшее тело.

В ночное небо остекленевшим взглядом смотрел молодой мужчина из местных. На груди его серого длинного кафтана выступило мокрое пятно, а со стороны села слышался шум. С факелами на звук выстрелов спешили к караулу люди.

– Взвод, к бою! В две шеренги становись! Первая, с колена!.

– Ваше благородие, не стреляйте! Свои! – крикнул Чанов. – Мы тут лазутчика подстрелили. Здесь вот он, на дороге лежит!

Освещенное факелами тело внимательно разглядывали взводные командиры во главе с подпоручиком.

– Точно, это сын старосты, вроде как Али его звали, – проговорил Плужин. – Он еще около крепости нашей все любил крутиться. То воду в бурдюке егерям и драгунам поднесет, то лепешек от отца. Ну и мы его особо-то не гоняли.

– Ну вот, видно, и накрутился, – нахмурившись, проговорил Кравцов.

– Так точно, ваше благородие, – подтвердил Гончаров. – Драгун Блохин его окликнул, как и положено, пароль потребовал, а он и выстрелил в ответ, чуть было в него не попал. Вот после того и я в него из мушкета. Как-никак, а это ведь нападение на караул, все по уставу, ваше благородие.

– В сумах на лошади еды дня на три! – доложился Сошников. – Стало быть, далеко он собрался.

– Обыщите тело, – кивнул на труп подпоручик. – Все самым тщательным образом на нем ощупайте.

На постеленную освещенную факелами конскую попону вскоре легли старинное ружье, кинжал, горка серебряных монет, бо?льшая часть из которых были русскими, рожок с порохом и кожаный мешочек с пулями.

– А вот это уже интересно, – Кравцов подобрал сложенный вчетверо лист плотной бумаги. – Что тут у нас?

Унтера пододвинулись поближе, рассматривая какие-то каракули и рисунок.

– Что здесь написано? Ничего не разберу, – покачал головой Кравцов, – Васифа сюда позовите! А вот рисунок занятный.

– Неграмотный я, Павел Семенович, – помотал тот головой. – Извиняйте, не обучен письму.

– Похоже на схему оборонительных позиций, ваше благородие, – негромко проговорил стоящий все так же по стойке смирно Гончаров.

– Тебе кто, Тимоха, слово давал?! – нахмурившись, взрыкнул унтер.