Черчилль: в кругу друзей и врагов

Черчилля и Твена объединяли любовь к слову, любовь к кошкам и день рождения – оба появились на свет 30 ноября. На этом сходство (как могло показаться тогда) заканчивалось. Марк Твен исповедовал антиимпериалистические взгляды, поддерживая сторонников борьбы за независимость, будь то «боксерское восстание» в Китае или буров – в Южной Африке. Учитывая разногласия на политической почве, кажется необычным, что именно Твен представил заграничного гостя нью-йоркской публике. Сделал же он это с особым искусством, умудрившись одновременно пройтись по британской и американской внешней политике, а также достойно отрекомендовать выступающего:

«Я думаю, Англия согрешила, когда ввязалась в войну в Южной Африке, ввязалась в войну, которой могла избежать.

Согрешила так же, как и мы, ввязавшись в похожую войну на Филиппинах. Мистер Черчилль по своему отцу англичанин, а по матери – американец, сочетание, которое, без сомнения, производит на свет совершенного человека. Англия и Америка, мы – родня по крови. А теперь мы еще родня и по грехам. Лучшего и желать невозможно. Совершенная гармония, как и мистер Черчилль, которого я имею честь вам представить»[8 - Цит. по: Churchill R. S. Winston S. Churchill. Vol. I. P. 542–543.].

«Остроумное выступление», – заметит Черчилль своей матери[9 - Documents. Vol. 2. P. 1222.].

После таких вступительных слов начинать нелегко. По свидетельствам очевидцев, первые минуты было заметно, что оратор волнуется. Но он быстро смог совладать с собой, «забывшись в предмете и приковав к себе внимание слушателей»[10 - См.

: Schwarz C. Op. cit. P. 42.].

После завершения выступления два писателя – английский и американский – вновь сошлись в интеллектуальной дискуссии. Общение закрутилось вокруг военной тематики. Превосходя собеседника в опыте, Твен быстро положил Черчилля на лопатки, и тому ничего не оставалось, как сказать: «Права она или не права, но это моя страна». – «Когда несчастная страна сражается за свое существование, я согласен, но это не ваш случай», – добил его американец[11 - См.

: Черчилль У. С. Указ. Соч. С. 357.].

Расстались они дружелюбно. Твен подарил Уинстону двадцатитомное собрание своих сочинений, подписав каждый том. На первом томе он оставил следующий автограф: «Творить добро – благородно, учить других творить добро – еще благородней и менее хлопотно»[12 - См.: Churchill R. S. Op. cit. Vol. I. P. 542–543; Documents. Vol. 13. P. 112.].

Несмотря на колкости классика, Черчилль сохранит о нем добрую память.