Солнечное затмение

Сейчас Володя был похож на Шуру Балаганова в тот момент, когда признался Бендеру, зачем он стал пилить гири.

– Шварцман! Если ты просто магазин в него вставишь – я тебе голову оторву, кибернетик ты албанский! – смешал в кучу все свои ругательства Валиев.

– А давайте ему новый сделаем, – откликнулся Слава Мохов. – Деревянный!

– Как в мотострелковом бате! – добавил Игорь Авдеев.

– А что, хорошая идея! – отозвался командир взвода. – Вот вы и займитесь! Авдеев и Мохов – до завтра выпилите автомат, с которым можно стоять на посту у входа в палатку! Прекрасно! За любую провинность будем вручать его каждому – это будет переходящий приз!

Авдеев и Мохов как-то сразу погрустнели.

Интересно было и то, что собака Марта, умное животное, для которой Шварцман дал первому сапёру коробку сухого пайка, понимала, что над её благодетелем смеются, недовольно рычала, но не на кого-то конкретно, а на всех сразу. На всех, кто смеялся.

– А здесь, что будем делать, товарищ старший лейтенант? – спросил неугомонный Ливанов. – На штурм пойдём?

– Ну, вот что ты такие албанские вопросы задаёшь? – уже устал командир. – Ты не знаешь, для чего разведка нужна? У нас задачи другие. Пока, как всегда, ничего не говорят.

– Я просто хочу нормально на дембель уйти, – ответил Ливанов.

Саша Ливанов был призыва два-девяносто семь, то есть призвался осенью девяносто седьмого года и совсем скоро он должен демобилизоваться, учитывая, что на боевых действиях один день службы должен засчитываться за три дня в обычных условиях.

Кроме Ливанова таких дембелей было ещё четверо: все три механика-водителя и Владимир Шварцман.

– Кстати, о картошке: вы видели поле перед горой? – спросил Валиев, как будто не слышал то, что сказал Ливанов. Он указал нам за спины – мы помотали головами, мол, не видели.

 – Эх вы, разведчики! Там картошка растёт и капуста, надо сходить попозже и попробовать собрать. Панчишин!

– Я, товарищ командир! – отозвался Саня.

– Возьмёшь Маринина и сходите попозже на поле. Шварцмана тоже возьмите с автоматом – если что, копать им будет.

В конце дня небо затянуло тучами и мы с Саней решили долее не ждать и пойти на поле. Шварцману ничего не сказали, у него и так дел много.