Солнечное затмение

Сергей Крютченко, отслуживший немногим более полугода молодой солдат, увидев по телевизору эту картину, протянул: «Не-ет, ребята, я пока туда что-то не хочу!».

Командир роты у нас человек новый. Его назначили совсем недавно и некоторые из нашей роты даже не запомнили ещё его имени и отчества. До него командиром роты у нас был капитан Ибрагимов. Человек высокого роста, крепкого телосложения и необыкновенной выносливости. Офицеры и контрактники батальона рассказывали нам о том, что в чеченскую кампанию Ибрагимов мог не спать по нескольку суток, наматывая километры по городу Грозному.

После окончания военного училища его, двадцатидвухлетнего лейтенанта, сразу же отправили в самое пекло боевых действий. В его подчинении была разведывательная рота, состоящая исключительно из военнослужащих по контракту, контрабасов. Несколько лет назад армия не гнушалась принимать в свои ряды и бывших уголовников, и различного рода отщепенцев, практикующих как неуставные отношения, так и откровенно преступные деяния. Этими людьми молодому лейтенанту Ибрагимову приходилось командовать в условиях боевых действий, иногда кулаками завоёвывая свой авторитет. Несмотря на строгость и резкость, без коих, наверное, трудно представить себе командира, в глубине души капитан Ибрагимов был человеком добрым и отзывчивым. Наверное, поэтому на него никто и никогда не обижался. Когда же он проводил с нами ежедневные тактические занятия, он любил повторять, что мы, несмотря на то, что имеем честь служить в отборных войсках российской армии, тем не менее, этой чести не заслуживаем, поскольку мы, мягко говоря, люди слабые, как физически, так и духовно, без «стержня». Такие слова, помню, я слышал в американских боевиках, да и в отечественных фильмах они встречаются. Мне всегда было интересно: это такой способ воспитания в армии? Наверное, солдат, услышав подобные слова, должен внутренне возмутиться и начать показывать успехи в боевой подготовке? Может быть, именно так и есть, но только на нас, по-моему, это не очень влияло. Также капитан Ибрагимов говорил, что если бы он с нами попал в какую-нибудь переделку (под этим он, наверное, понимал какую-нибудь боевую операцию), то нас бы «перещёлкали», как куропаток, и по этой причине он, конечно же, не хотел с нами никуда попадать.

И вот в конце июля в командном составе нашего батальона произошли кадровые изменения.