Солнечное затмение

Прошло секунд десять, и кто-то из нас уже расстрелял весь магазин, но выстрела из гранатомёта так и не было.

– Что там это туловище делает? – начал возмущаться Олег Барков. – Эй, Рембо грёбаный (именно так, через «е», проговорил он прозвище гранатомётчика), стреляй, да…

Не успел он закончить, как раздался выстрел, который попал в самое жерло пулемётной точки, в её нутро, отчего конура подскочила и задымилась.

– Ну, наконец-то. Что так долго? – всё ещё ворчал Барков.

– Отличный выстрел, товарищ Рембо! – похвалил Валиев, назвав гранатомётчика по прозвищу так же, через «е», а не через «э».

Слева от нас взметнулась зелёная ракета.

– Что они хотят, товарищ старший лейтенант? – спросил Саша Бодров.

– Посмотрим, – тихо сказал Валиев. – Думаю, что пойдут сейчас.

Так и есть – не успел наш командир сказать это, как пулемётчик, тот самый, перевалил через вершину холма и осторожно пошёл вперёд с пулемётом наперевес. За ним тотчас последовали остальные. Перелезли через забор в домовладение, наверное – правильно, ведь на калитке могла быть растяжка, и в первую очередь подбежали к этой таинственной собачьей конуре, посмотрели, бросили внутрь ещё пару гранат, как будто до этого ей мало было, и через несколько секунд после разрывов полезли вниз.

Спустился один, второй, третий, кажется, что это некое подземелье, а не собачья конура. Пулемётчик, тем временем, повернулся к нам и поприветствовал нас, подняв руки, в одной из которых был тяжёлый пулемёт, и победно ими потрясая. На нём была каска-сфера, как шлем космонавта, какой есть только во внутренних войсках, грудь перемотана крест-накрест пулемётными лентами, патроны в которой поблёскивают на солнце; в наплечниках и наколенниках, а вместо ботинок или сапог он носил кроссовки. Всё это одеяние придавало ему немного комичный вид: удивительно, как такой могучий торс с огромной головой покоится на тоненьких ножках, как на иголках. Он что-то кричал, но что, разобрать было нельзя.

– Не высовываться! – процедил Валиев.

– Товарищ старший лейтенант, вы видите! – спросил Саня Панчишин. – Что там такое? Они один за другим лезут туда и пропадают!

Пулемётчик усердно махал нам руками, а мы просто лежали и смотрели на него. Наконец, ему надоело это занятие, и он тоже пошёл вниз. В то же время некоторые бойцы зашли в дом и там внутри слышались автоматные очереди, но, скорее всего, это были выстрелы для проформы.

Сейчас действительно можно было передохнуть.