Два солнца

Дети (как и те, из предложения), чувствуя состояние молодой учительницы, перешептывались и крутились. А потом и вовсе дружно уставились в окно, на котором уже успели оттаять морозные узоры.

– Да что ж вы там увидели?! – И сама посмотрела на улицу.

По дорожке к школе приближался стройный молодой человек, одетый совсем не по-сельски. Ольга не поверила своим глазам: Леонид!

Глава 2

«Станционный смотритель»

Сколько себя помнил, Леня всегда засыпал под стук колес. Его завораживали ритмы дороги, мельканье огоньков, гудки паровозов.

И манили бескрайние просторы, неизведанные земли, незнакомые большие города. Казалось, без железной дороги и жизни-то быть не может!

В семье Мирачевских так оно и было: приходилось часто переезжать – начальство ценило усердие ее главы Михаила Игнатьевича, служащего Киево-Полтавской дороги. Менялись станции (сейчас это была Солоницкая), квартиры – железная дорога оставалась неизменной.

Незыблемы были и домашние порядки, заведенные молодой хозяйкой Ольгой Ираклиевной.

Поезда ходили часто: должность помощника начальника станции была хлопотной и ответственной. Будучи старше супруги на двадцать лет и опекая ее порой по-отечески, он безоговорочно доверил ей ведение хозяйства. И не ошибся. Высокая, статная, с горделивой осанкой, Ольга Ираклиевна выглядела как барыня, однако умела все, бралась за любую работу, и в доме всегда царили чистота и порядок, ждал вкусный обед, да и огород был возделан и ухожен.

Леонида не баловали, но и нотаций не читали.

На всю жизнь он запомнил домашнее тепло и чувство защищенности – главное, что дали ему родители.

Михаил Игнатьевич, строгий на службе, дома же – добрый, покладистый и очень заботливый, с сыном возился с удовольствием, каждую свободную минуту, как будто торопясь научить всему, что знал и умел сам.

Рыбалка у маленького непоседы не заладилась, зато он обожал мастерить из дерева и глины паровозики и зверушек. Но самое интересное для него началось, когда отец стал брать с собой подросшего сына инспектировать соседние полустанки.

Леня навсегда запомнил тот весенний день, вскоре после Пасхи, когда на рассвете услышал слова:

– Просыпайся! Нас ждут приключения!

С нетерпением уплетая завтрак, поминутно спрашивал отца:

– Где они нас ждут?! Что мы будем делать?

Но Михаил Игнатьевич загадочно улыбался. Понял Ленька, что предстоит целое путешествие, только тогда, когда отец усадил его на стоявшую на путях дрезину.