На Западном фронте. Бес перемен

Американцы подняли жуткий скандал, и спираль холодной войны готова была сделать очередной виток.

Советские газеты как могли клеймили «американский империализм». Популярная «Комсомольская правда» старалась от остальных не отставать. Сюда приходили мешки злобных писем советских читателей, адресованных президенту США. Редакция не жалела денег и переправляла эти мешки в Вашингтон, где ими топили камин советского посольства. Одно из этих писем я решил размножить и расклеить по стенам редакции. Уж больно идиотическим и одновременно остроумным было это послание неизвестного советского комсомольца известному хозяину Белого дома:

«Не грози, Рейган, ракетами,

Не пугай народ войной.

Наши силы, знай, достаточны,

Чтоб расправиться с тобой!

В тисках огней – огней мучений

Умрешь от адских излучений!»

Ну разве не шедевр?

Я позвонил в редакцию. Мой собеседник зачем-то перезвонил по параллельному телефону своему приятелю, работавшему в Комитете молодежных организаций (КМО) СССР, и сказал, что, прежде чем говорить о работе в «Комсомолке», мне надо пройти собеседование в этом самом КМО.

Что это за контора, я на тот момент не имел ни малейшего представления. И уж тем более не мог предположить, что именно с этой странной аббревиатурой и стоящей за ней еще более странной организацией будет связано начало моей жизни в большой политике.

Мертвые души

Формально Комитет молодежных организаций СССР, созданный еще в годы Великой Отечественной войны под названием Антифашистский комитет советской молодежи, представлял собой организацию, автономную по отношению к аппарату комсомола – Центральному комитету Всесоюзного ленинского коммунистического союза молодежи (ЦК ВЛКСМ).

Нас связывали общие управление делами и здание в самом центре Москвы на улице Богдана Хмельницкого (ныне Маросейка), в котором около ста сотрудников или, точнее, «ответственных работников» КМО СССР занимали второй и третий этажи.

Добрая половина всех сотрудников КМО одновременно работала либо во внешней разведке, либо в контрразведке. Мы их так и называли: «многостаночники». Они то и дело отлучались с работы, объясняя свое отсутствие «необходимостью выйти на связь с Центром». Мы же подозревали, что они просто ходили за пивом или в хозяйственный магазин. Перестройка была в полном разгаре, и элементы разложения системы были заметны даже в таких мелочах.