Кондрат Булавин

]…

Банников осоловевшими глазами вгляделся в рябого казачишку.

– А, Мишка Сазонов!.. Здорово!.. Иди, олух, угощу…

Сазонов облизнул губы, подошел к Григорию. Подмигнув казакам, он сказал:

– Пропили отца, пропьем брата, еще матушка брюхата, что-нибудь да родит.

Казаки захохотали. Мишка Сазонов был весельчак. Что бы он ни сказал, все вызывало смех у толпы.

Григорий полез в карманы, но они были пусты.

– Нету денег, все пропил.

– Жадничаешь, – сказал Мишка обиженно. – Жалко тебе ковш поставить…

– Я жадничаю? – изумился Григорий.

В глазах его вспыхнули гневные огоньки. – Ах ты, рябая тетеря, да я тебя до смерти запою. Якудра! Яшка!.. – заорал он кабатчику. – Какая цена твоей бочке? – пнул он ее ногой.

Кабатчик, краснолицый, здоровенный детина в синей суконной однорядке, раздумывая, почесал затылок.

– Не трогай, Григорий, – сказал он, – все едино у тебя грошей нет…

– Замолчи! – свирепо крикнул на него Григорий и, отстегнув красный пояс с саблей, сбросил с себя нарядный кафтан, кинул его кабатчику.

– Хватит за бочку?

Яшка отрицательно мотнул лохматой головой.

– Мало.

Григорий, распаленный, гневный, молча опустился на крыльцо, стащил с ног сафьяновые сапоги, бросил кабатчику.

– А теперь хватит?

– Мало, – качнул снова головой кабатчик.

– Грицько, – пьяно пошатываясь, подошел дед Остап к Григорию. – Пидемо видциля… Хай их к бису… Пойдем побачим царя… Голому ж срамно на царевы очи показаться. Пойдем…

Но Григорий был сильно раззадорен.

– Не лезь, дед Остап, – отстранил он старика, – не может быть того, чтобы Гришка Банников жадным был… Не может!.

.

Он сорвал с себя полотняную, расшитую цветными нитками рубаху и бросил Яшке.

– На, анчутка! [8 - Анчутка – черт.]

Яшка пощупал заскорузлыми пальцами рубаху, кинул ее на кафтан.

– Мало, Гришка, – вздохнул он, – вино дороже стоит…

– У-y… дьявол! – скрипнул зубами Григорий и, шатаясь, с трудом стащил с себя штаны и даже подштанники. – А теперь хватит?

– Да ладно уж, – проговорил кабатчик, – хоть и в убыток, но пользуйся на здоровье.

Бог с тобой.

– Будет те дурить-то, Гришка, – строго сказал Кондрат, подходя к Банникову. – Ты что, ай белены объелся? Надевай свои причиндалы[9 - Причиндалы – принадлежности чего-либо, в данном случае – костюма.], пойдем.

– Отстань, Кондратий, – оттолкнул его Григорий, – дай душе казачьей взыграться!..

– Ну, леший с тобой, – махнул рукой Булавин и, твердо держась на ногах, упругой походкой пошел на пристань.