Венецианский купец. Книга 2. По дороге пряностей

– Нет, просто обитые вокруг дерева куски металлических полос и заряд пороха, толкающего каменное ядро, – объяснил кардинал, – и, похоже, я вспомнил, откуда он мог об этом узнать. Луиджи, когда был у него учителем, упоминал о китайце, который жил там в качестве личного раба Витале.

– Это же страшные орудия, Альбино! – возмутился Папа. – Они в щепки разбивают любой корабль! А если у Венеции появится флот из подобных кораблей? Что тогда будет?

– За это можете быть спокойны, святейший отец, – поднял руку кардинал, – не появятся.

– Почему ты так думаешь? – удивился Целестин III.

– Мне подсчитали примерную стоимость этого корабля, – Альбино достал одно из писем в своей сумке и протянул его Папе, который, глянув на ряды цифр, икнул.

– Боже, Господь всемогущий, – он трижды перекрестился, – потратить огромное состояние всего лишь на один корабль? Пусть даже такой? Он точно безумен.

– Не более, чем вы или я, святейший отец, – не согласился с ним кардинал, – мне сказали, что он собирался уйти в море всего на неделю, чтобы проверить свой корабль, теперь, видя, что происходит, думаю, генуэзцы или пизанцы сами попытались на него напасть и пожинают плоды своих намерений.

Так что я думаю, этот вопрос легко можно урегулировать. С этих двух городов возьмите огромный штраф и преференции для наших церквей за нападения на мирных торговцев, а я, в свою очередь, пошлю гонца к отцу Витале. Он прислушается к вашей просьбе. Заодно, раз Венецианец разбогател, можно предложить ему за долю малую размером процентов в двадцать-тридцать от награбленного, снять наконец отлучение от церкви.

На губах папы заиграла улыбка, старый друг, похоже, и правда нашёл самый простой выход из ситуации, да ещё и с большой пользой для Святого престола.

– Ты уверен, что он послушается? – на всякий случай уточнил он.

– Если он и правда всего лишь хотел испытать корабль, то с избытком уже это сделал, – пожал плечами кардинал, – думаю, согласится и ещё как.

К тому же матушка его, истинная католичка, который месяц умоляет епископа простить сына и похлопотать перед вами за него, она сильней самого Венецианца переживает это отлучение.

– Тогда готовь письмо, я подпишу, – согласился с ним Целестин III.

Глава 7

Венецианскую галеру, которая упорно следовала за нами третий день, трудно было не заметить, так что пришлось развернуться и, догнав, узнать в чём дело.