Венецианский купец. Книга 4. Кровь, золото и помидоры

В этот раз, поскольку хотел показать всем, что будет, когда пытаются мне противостоять, я разрешил участвовать в грабежах и своим, отдав им город на три дня. Моего личного участия в штурме не требовалось, поскольку дальше синьор Бароцци и без того знал, что делать, поэтому я вернулся в шатёр, окружённый лишь личной охраной. Со вздохом опустившись на кресло, я вытянул ноги. Мгновенно бросившиеся девушки сняли сапоги и, отнеся их в угол, вернулись ко мне, сев на колени и опустив головы. Пара десятков плетей значительно продвинула их в послушании.

– Продолжим обучение, – по-польски, старательно выговаривая слова, обратился я к ним, – несите бумагу.

– Да, господин.

***

Следующие дни я лишь выслушивал доклады о том, как идёт грабёж города, а также о том, что к штурму самого замка польского князя никто не приступал, как я и приказал. Оттуда лишь смотрели, как на их глазах уничтожается население и некогда красивый город обращается в руины.

На четвёртый день я сначала отдал приказ прекратить грабежи и ввести в городе патрулирование, которое будет вешать мародёров.

Под горячую руку попались как наёмники, так и французские аристократы, попытавшиеся выразить мне возмущение этим фактом, на что я ответил, что в походе они, согласно приказу своего же короля, подчиняются мне, и для тех, у кого мозги отключаются, у меня всегда найдётся крепкая верёвка. Это их не примирило с мыслью, что с дворянами так поступать нельзя, но зато в городе наступил относительный порядок. Если это можно было так назвать. Горожан больше никто не трогал, поэтому на улицах стали появляться мужчины в попытке найти съестное для своих семей.

Поняв, что вряд ли это им удастся, поскольку город был вычищен подчистую, я приказал выпустить разъезды, чтобы заставить найти попрятавшихся окрестных крестьян и снова обеспечить подвоз продуктов, а в самом городе поставить бесплатный пункт выдачи еды для местных. Солдаты, охраняющие его, скучали недолго, поскольку очень скоро выстроилась очередь, и им пришлось успокаивать особо ретивых, пытающихся кулаками решить проблему первенства.

Узнав о таких случаях, я распорядился сразу вешать борзых, дабы не нарушали общественный порядок.

Все эти меры начали успокаивать оставшееся население, и ко мне пришли шестеро купцов, которых город уполномочил на переговоры. Поляки уже не выглядели такими весёлыми, как это было до штурма, с моим же взглядом они старательно пытались не встречаться.