Венецианский купец. Книга 5. Всплеск в тишине

Завидев меня, прямостоящего на носу лодки, когда она причаливала на одной из больших волн, лица туземцев вытянулись и больше не выглядели такими самодовольными, какими они были ранее. Синьор Бароцци кинул мне ровную палку, по весу и длине похожую на меч, и я двинулся к дикарям. Видимо, только осознание того, что они недавно сами угрожали нам смертью, не дало им разбежаться при виде моего доспеха, но когда я с легкостью уложил на землю четырёх, выбив их оружие и повредив конечности, остальные повалились на колени сами.

Хмыкнув, я вернулся к старику, сидевшему весь бой с открытым ртом и выпученными глазами.

– Радуйся, что мы не захотели вас убить, – обратился я к нему, встав рядом. Мой голос, приглушенный шлемом, видимо, прозвучал слишком угрожающе, поскольку он тоже опустился на землю и стал умолять простить его. Я пожал плечами и отправился переодеваться, поскольку, несмотря на терморегулирование моего защитного костюма из будущего, в стальном полном доспехе на жаре было адски жарко.

Солдаты, посмеиваясь и отпуская шутки в сторону туземцев, быстро принесли мне воды и сухой обрез ткани, чтобы я умыл лицо и вытерся.

Зрелище быстрого избиения никого не оставило равнодушным, особенно когда было видно, что дротики дикарей скользили по моей броне, падая по сторонам, не причиняя ни малейшего вреда.

Когда я вернулся, старик по-прежнему ожидал меня на коленях, и разговор вышел уже совершенно другим. Он явно меня боялся, и это было видно.

– Витале – великий воин! – лепетал он. – Я сожалею о словах, что родил мой рот.

– Вернёмся к воде и товарам, – перебил я его, – если у вас есть, что нам предложить, мы готовы дать хорошую цену.

Это его немного взбодрило.

– Мы принесём товары вечером, – он закивал, – а к воде выделим проводников.

– Во, давно бы так, – я довольно улыбнулся, затем попросил у ближайшего ко мне матроса его нож, он тут же, чуть поколебавшись, отдал его вместе с ножнами.

– Держи, – протянул я его старику, – оцени качество материала, прочность, главное, не зарежь себя им.

Тот двумя руками принял дар, вытащив пару раз лезвие, а затем повернулся к своим, вставая, отряхивая колени и уводя всех с берега.

– Как тебя зовут? – когда туземцы ушли, я поманил к себе матроса, отдавшего мне нож.

– Антонио, синьор Витале, – он прижал руку к сердцу, поклонившись.

Я достал из-за спины свой кинжал и протянул ему.

– Держи, то, с какой готовностью ты отдал мне явно дорогую тебе вещь, достойно награды.