Поляк

– Принимать решение вам, Сергей Петрович. Так принимайте решение, и пойдем в бой. Умрем – так умрем за царя и отечество, – прозвучало из уст одного из командиров. И все стали высказываться, и все как один: «В бой! За царя, за отечество!»

– Все? Больше никаких предложений нет?

Перед Даниным стояли не трусы, не паникеры – офицеры императорской лейб-гвардии, и он это понимал и потому старался выслушать всех, хотя знал, что решение примет он, только он, и это решение он уже для себя принял, но медлил сказать об этом, а почему медлил – он и сам не знал.

И когда он уже хотел отдать приказ об отходе назад, раздался тихий, спокойный голос подпоручика Смирнитского. Данин даже удивился, насколько был ровен и спокоен этот голос.

– Позвольте высказаться, ваше высокоблагородие?

– Да? – удивился Данин. Он удивился, что обращался не офицер штаба, не ротный командир, а младший заместитель, которому он разрешил присутствовать только по просьбе штабс-капитана Хлопова.

– Господин капитан, если немцы хотят отсечь и окружить, пусть даже часть армии, то надо идти не назад, а вперед.

Если мы повернем назад – мы в окружение сами и войдем!

– Как ты можешь, Глеб? Там же товарищи наши дерутся! – вспыхнул Тухачевский.

– Спокойно Михаил, не мы с тобой здесь принимаем решение. Я с позволения Сергея Петровича всего лишь высказываю свое мнение и предлагаю идти вперед и тем самым не попасть в окружение, пока немец это окружение нам не устроил.

– Ты… ты, Глеб, неправ, – тихо сказал Тухачевский.

– Ты еще скажи, что я трус, ну и сразу на дуэль…

– Я такого и не говорил, и не думал.

– О, как сцепилась молодежь! – вдруг засмеялся Веселаго. – Точно до дуэли дойдет.

– Может, мне вам, подпоручики, командование батальоном передать? – зло спросил Данин.

– Извините, господин капитан.

– А вы, подпоручик Смирнитский, уж больно осторожный. Вас пригласили для того, чтобы вы слушали, но не вмешивались. Там бой идет, связи нет, армия позади, командующий позади. Приказываю: развернуться и идти назад, – сказал Данин.

Он знал свой приказ.

– Есть, – почему-то за всех ответил штабс-капитан Хлопов. – Правильно. Оружие к бою и спешным маршем вперед.

– Точнее, назад. А мне кажется, Смирнитский прав, – вдруг сказал Веселаго. – Сергей Петрович, может, не всем батальоном пойдем, а разведку отправим – один-два взвода?

– Семен Иванович, вы знаете: я всегда к вам с уважением отношусь и, по-видимому, соглашусь с вами и на этот раз.