10 лет благоденствия. Том I

У современников, а значит, и у нас, были серьезные сомнения на счет того, что Мария была истинной пророчицей, но вот у госпожи Крюденер таких сомнений не было, и когда Мария сказала ей, что та должна встать на путь апостола, направлять людей на путь истинной веры, госпоже эта роль пришлась по душе, и она ушла в нее с головой! На протяжении десяти лет она возымела большую славу во всей Европе, наставляла крестьян, мещан, дворян, аристократов, даже священнослужителей, которые в этом и не нуждались, и противились, но ее это и не останавливало.

Такие фанатичные люди и не подумают вас послушать, как и что вы бы убедительно им не говорили. Если им взбредет на ум, что вода сухая, то сколько не лей и не мочи их, они так и будут думать, что они стоят под дождем абсолютно сухие! Эти люди слушают только себя и, может быть, поэтому, люди сомневающиеся так падки на их речи. В своем духовном пути Александр и был сомневающимся, и госпожа Крюденер имела с ним несколько продолжительных и откровенных разговоров. Хотя сложно сказать, вел ли он с ней себя действительно откровенно, ведь мы знаем нашего императора как человека очень одаренного актерским талантом, умеющим маскировать свои истинные мысли при какой угодно откровенной беседе. И вообще очень сложно поверить, чтобы Александр верил в тот бред, что несла госпожа Крюденер о скорой апокалиптической войне, в которой уничтожится мир и создастся новый, в котором все люди начнут жить как братья под общим именем Христа; что также истинной церкви не осталось, что любая ветвь христианства ложна и полна предрассудков и лжи. Может быть, он и лукавил, но то, что начало мистицизма было положено в 1815 году это неопровержимый факт, в пользу которого говорит само создание таинственного, беспробудного для любого смертного Священного союза. Да и сама эта аудиенция какой-то кающейся грешницы, которых в Европе пруд пруди, для любого здравомыслящего и благоразумного правителя была бы нереальной, ибо с просьбами об аудиенции к таким большим фигурам, как Александр Павлович, всегда стоял не один десяток человек в любом месте. Если бы зародыши мистического мышления не были уже брошены в нем, на вряд ли он стал бы уделять внимание госпоже Крюденер.

Однако еще до «кающейся грешницы» в самом окружении Александра был свой мистик – упомянутый обер-прокурор Святейшего Синода князь Александр Николаевич Голицын.