10 лет благоденствия. Том I

10 лет благоденствия. Том I

Дмитрий Сергеевич Марущенко

Описываемые в книге 10 лет благоденствия – это последние 10 лет правления императора Александра I и первые месяцы царствия его брата Николая. Это время потрясений всего политического устройства Европы, время надежд и великих побед. Такого резкого развития общественной мысли и политических идей в России еще никогда не было. Это время называли эпохой благоденствия. Только одни называли ее так всерьез, а иные называли ее с саркастической ухмылкой.

10 лет благоденствия

Том I

Дмитрий Сергеевич Марущенко

© Дмитрий Сергеевич Марущенко, 2022

ISBN 978-5-4485-9483-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Шел первый год девятнадцатого столетия.

Европа содрогалась от революций на Западе, Британия никак не могла поверить, что одна из крупнейших ее колоний возомнила себя самостоятельной страной, а Россия четвертый год управлялась вихрем, бурей, рьяным шквалом безграничного самодержавия, носящимся во все стороны по имени Павел Петрович Романов-Гольштейн-Готторпский. В общем, это был больше Гольштейн-Готторпский, чем Романов, прусский принц, вернее – сын прусского принца и не слишком богатой немецкой принцессы Софьи Августы Фредерики Ангальт-Цербстской, ставшей в России волей императрицы Елизаветы Петровны, Екатериной Алексеевной. С русским миром и русским престолом Павла Петровича кровным родством соединяла лишь его бабка по отцу – дочь Петра Великого Анна.

Правил он, как и положено государям всех времен, в своей столице, откуда редко куда-либо выезжал.

А российская столица, где бы она не находилась, всегда полна интриг, слухов и сплетен. Сочинением этих мерзостей занимаются только бездельники, бездари, завистники и вообще люди с беспробудно темной душой. Каким бы тираном и деспотом не был властитель и как бы он ни ненавидел этих темных личностей, они найдут возможность проявить свой талант излить свою желчь и распространить ее по столичному мраку светского общества. Это понимал Павел Петрович, человек по своим благородным качествам неплохой, хоть и был император. Чтобы огородить себя и свою августейшую фамилию, он выстроил целый замок в Петербурге. Как и положено замку, вокруг него был вырыт ров, через который не могла пройти ни пехота, ни конница. Четыре ворота поднимались с наступлением ночи, и никто не имел права их опустить. Лишь только маленький подъемный мостик разрешалось опускать для швейцара и караульных.