Непримкнувший. Воспоминания

С другой же стороны народ и партию в течение 30 лет воспитывали так, что все великое в жизни советского общества связано со Сталиным, источником всех благ и счастья людей является Сталин. Авторитет Сталина в партии, в народе, на мировой арене – особенно после войны – был непререкаем.

Конституция – сталинская. Устав сельскохозяйственной артели – сталинский. Пятилетки – сталинские… Сталин – это живое олицетворение величия партии, знамя побед в Отечественной войне; ничто не мыслимо без Сталина. И когда в правительственном сообщении появились слова, что «тяжелая болезнь товарища Сталина повлечет за собой более или менее длительное неучастие его в руководящей деятельности» – вставали тревожные вопросы:

– Как же мы теперь?

– Что же теперь будет?

– Как же без Сталина?

Между тем состояние Сталина становилось все более тяжелым.

Усилились приступы сердечно-сосудистой недостаточности. Наращивалось острое нарушение кровообращения в венечных сосудах сердца с образованием очаговых поражений сердечной мышцы. Резко нарушился ритм пульса (мерцательная аритмия). Прогрессировало расстройство дыхания при явной кислородной недостаточности.

В библиотечной комнате, где случился удар, было тесно и душно. Тогда диван, на котором лежал Сталин, перенесли в большую столовую.

У постели больного круглые сутки дежурили группами члены Президиума ЦК.

Впоследствии Н. Хрущев на заседаниях Президиума и мне на прогулках много рассказывал об этих предсмертных днях и часах Сталина.

Рассказывали и другие. Тогда смысл и значение многих фактов, о которых рассказывали, были мне не ясны. Позже – все предстало в своем истинном свете.

В ходе дежурств у смертного одра шла напряженная игра. Внешне все члены Президиума ЦК представляли собой дружный товарищеский коллектив, с открытыми, прямыми отношениями, что было в традициях старой большевистской гвардии. На самом деле под покровом внешнего полного единства и товарищеской спаянности определенными лицами развивалась бешеная деятельность, чтобы решить организационные вопросы, а значит, и последующий ход событий, в интересах собственного возвеличения и собственной карьеры.

Такими лицами были два члена Президиума ЦК: Л. Берия и Н. Хрущев.

Судя по многочисленным признакам, Сталин не думал о смерти и совершенно не подготавливал к этому неизбежному событию руководство страной и партией. Сталин вел себя так, словно «его же царствию не будет конца».