Непокоренный «Беркут»

Командир замыкал колонну и по радиостанции послал Диму Карасева разобраться, почему не можем выехать. Карась работал не очень давно, но за словом в карман не лез никогда. Мастер спорта по борьбе, коренастый, невысокого роста, он постоянно влипал в не очень хорошие ситуации из-за своего языка. Прямо перед отъездом в Киев в подразделение к командиру приходила соседка Карасева и жаловалась на Димона. Что-то он ей там наговорил, когда она сделала замечание его жене по поводу криков их шестимесячного малыша.

После ее ухода командир вызвал Карася и сказал: «Поедешь в Киев. Пусть соседи от тебя хоть немного отдохнут. Нервишки подлечат».

– Ну где ты этот самовар взял. Давай потихоньку вперед, да не сцы, пройдешь, – продолжал руководить процессом Димон, – я бы там на комбайне проехал.

Водитель «Икаруса», не выдержав нападок со стороны Карася, высунулся по пояс в окно и, махая рукой, заорал водителю заднего автобуса:

– Да отъедете вы на хрен. Дайте назад сдать.

Карась остановился, посмотрел в сторону конца колонны и, хлопнув себя открытой ладошкой по лбу, побежал к автобусу.

После того как он сдал назад, вся колонна зашевелилась, как большая гусеница поползла назад. Передний «Икарус», коптя черным дымом, совершил несколько маневров и, наконец, выехал через ворота на Институтскую. Следом за ним потянулись все остальные. Иван сел на место и смотрел через лобовое стекло, как их автобус прижимался к бордюру, становясь впритык к машине Карасева, вдоль по Институтской.

– Одас, не становись ты впритык. Сейчас Карась автобус заведет, будем выхлопными газами дышать, – запереживал Леха.

– Куда сказали, туда и встаю, – раздраженно ответил товарищу не выспавшийся Игорь. В автобусе уже никто не спал. Все прилипли к окнам и с жадным любопытством всматривались в темноту. Иван видел, что из-за «Икаруса» на веселье они опоздали. Майдан уже почти зачистили без них.

– Вот бл…ть, не успели, – выразил мысли всех находящихся в салоне Ахтыркин, натягивая на руки кожаные перчатки.

Предупреждая желание поскорее выскочить из машины, по рации раздался голос командира:

– Двери не открывать. Из автобусов не выходить. Сидим в автобусах.

– Никому не выходить, – повторил Иван команду, чтобы все услышали. Через окно было видно, как мимо автобуса в сторону выхода из метро «Крещатик» пробежали несколько парней лет по двадцать пять-тридцать, на ходу сдирая балаклавы с головы.