Ад закрыт. Все ушли на фронт

Ружье с патронташем лежит на полу, еще два – под задним сиденьем, револьверы в карманах…

– А между прочим, Петер… Ведь никому не объяснишь не только винтовку… никому не объяснишь и револьвер…

– А может, мы на спор решили выяснить, кто попадет в утку из револьвера?

– Смейтесь, смейтесь! – не выдержал господин Жак. – Но байка про пари, кстати, совсем неплохая… Держите ее при себе на случай разборок с полицией… Только не в утку мы с гостями стреляли, а собрались палить по стволу дерева…

По дороге господин Жак продолжал рассказывать о кознях рыцарей Сиона и иллюминатов.

Получалось зловеще, но все равно до конца непонятно.

А солнце поднималось, по сторонам дороги вставала неправдоподобная по красоте страна. Плыл туман над речкой с непривычной зеленой водой реки Дордонь. Луга за рекой, желтеющие поля и ограничивающая горизонт каменистая гряда. В гряде – темные пятна пещер. От шоссе отходили сельские грунтовые дороги, на перекрестиях дорог высились деревья – раскидистые и прекрасные.

Ветерок пробегал по листве, ветви словно разгоняли легкий туман. Из тумана выступал то кто-то мирно идущий по сельской дороге, то неподвижный рыбак, наблюдающий за поплавками.

Зеленую уютную речку Дордонь Петя тут же окрестил для себя Дордонькой. Чем-то она неуловимо походила на среднерусские речки: такая же тихая, поэтичная, только окрестности ярче, – юг все-таки.

– Господин Жак, а почему в реке вода зеленая?

– Конечно, зеленая… Как везде… Что, бывает иначе?

Не было ни времени, ни особой охоты объяснять, что далеко не во всех реках такая вот зеленая вода.

За рекой, за полями салатно-желтого цвета – все та же серая каменная гряда – то ближе, то дальше. Господин Жак рассказывал, что великий писатель Рони-Старший именно в этих местах писал свои книги «Борьба за огонь» и «Пещерный лев», а жил в том самом шато, дружил с его отцом и вместе гулял по окрестностям.

Машина пролетала городки – каменные, чистенькие и аккуратные.

Все в этих городках было маленькое, меньше обычного: и дорога чуть уже, чем в России, и дорожные знаки меньше по размерам, и домики какие-то игрушечные.

Несмотря на страшную рань, множество людей уже спешили по улицам, открывали магазины, шли и ехали по делам. В городках господин Жак законопослушно притормаживал, раскланивался со знакомыми. Петя заметил, что Вальтер тоже кивает, прикасается пальцами к полям своей штатской, совсем не идущей ему шляпы.