Битва за безмолвие. В поисках «византийства»

А поводом к плачу для одних была потеря имущества, другие, не принимая в расчет потерю его, как еще не великую беду, оплакивали похищение красивой дочери-невесты и растление ее, или сокрушались потерею супруги, и вообще всякий, идя по дороге за город, имел довольно причин к горести».

Кто Богу мил?

Между тем, пока западные рыцари обживались в захваченном Константинополе и делили сокровища, земли, титулы, принципиальный Симон де Монфор отправился в иной крестовый поход в абсолютно противоположную сторону – во французский Лангедок.

Там пустила глубокие корни ересь, которой в равной степени интересовался и нацистский исследователь Отто Ран, и советский писателей Еремей Парнов, автор бестселлера «Ларец Марии Медичи».

Оба этих столь несхожих персонажа явно симпатизировали жертвам де Монфора – катарам (от слова чистые) или иначе альбигойцам (от города Альби). Но родом учение сих еретиков было из Болгарии, где они называли себя богомилами. И системные гонения на них предпринял впервые император ромеев Алексей Комнин.

И он же был инициатором Первого крестового похода, призвав христиан Запада отвоевать у сарацинов Иерусалим.

Таким образом, Симон де Монфор, сражаясь в Лангедоке, продолжал вольно или невольно политику этого гениального императора. Учение богомилов и катаров вкратце сводилось к тому, что не просто «мир во зле лежит» в результате человеческого грехопадения, но изначально создан злым демиургом (творцом), каковым они считали Бога Ветхого Завета, не желая отождествлять Его с Отцом, пославшим Иисуса, не видя Троицы.

Соответственно, и материя, как таковая, была для них злом, а значит и не могла быть преображена Божественными энергиями.

Не вдаваясь в подробности, скажем, что такой взгляд переносил ответственность за всяческие безобразия с человека на обстоятельства: «Не мы такие, жизнь такая». Тем не менее, от наиболее продвинутых адептов богомилы требовали тотального аскетизма, чтобы полностью освободиться от власти «злой материи».

Наличную Церковь ни на Западе, ни на Востоке не признавали. В спасительность ее таинств не верили, чем подрывали устойчивость Христианского мира перед лицом исламского врага. И в целом, вносили смуту в социальные организмы, подрывая иерархические системы.

Что сделал император Алексей? Поскольку ересь получила широкое распространение в разных слоях общества, он учинил тщательное расследование и поиск главного проповедника. В ходе допросов таковой был выявлен.