Ваше благородие

 – Вы ведь знакомы с творчеством господина Уэлса, Жюль Верна?

– Да, конечно я много читал. Особенно в детстве. И мне нравятся их произведения. А что? – Согласился Сергей, не ожидавший такого вопроса.

– И вы серьёзно считаете, что я поверю в ваши фантастические истории?

– Я не считаю, что вы должны мне сразу поверить. Я, понимаю, что то, что я вам рассказал, выглядит весьма фантастическим, однако это так. Увы, у меня нет никаких доказательств. Правда я знаю несколько дат, которые событий которые произойдут вскоре, и которые сильно перевернут вашу жизнь.

– Например какие же?

– Девятнадцатого июля одна тысяча девятьсот четырнадцатого года Германия объявит войну России и начнётся первая мировая война. В эту войну будут втянуты все европейские страны. Война принесет многомиллионные жертвы и по итогам этой войны падет Российская империя, Британская, Германская, Турецкая империи. Царь будет свергнут и в России начнётся гражданская война. – На одном дыхании выложил свой козырь Кондрашёв.

– Война с Германией? Падут величайшие империи? Да, побойтесь бога! Что бы милая Германия объявила войну? Да и кому? России? Кайзер и государь император братья! Нет, это право перебор.

Я бы ещё проверил, что на востоке, или снова с Японией! Но с Германией, никогда. Такого просто невозможно! – Профессор возмущённо снял очки и стал их протирать небольшой замшевой тряпочкой. – И позвольте, почему я должен выслушивать ваши пророчества? Я всё больше и больше убеждаюсь, что мы зря с вами связались. Пожалуйте за ширму, я вас осмотрю и вы покинете этот дом навсегда, пообещав никогда, вы слышите никогда не приближаться к моей семье! Иначе я вызываю полицию.

Горько сожалея о своих словах, Кондрашёв последовал в предложенном направлении. И в правду, на что он рассчитывал, открываясь профессору? На то что тот сразу поверит в его историю? Да, именно на это. Ведь в его ситуации «попаданца» было крайне важно найти сообщника, или, по крайней мере, человека, который бы заинтересовался его историей. Ведь время должно было играть на руку Кондрашёву.

Зайдя за ширму, Сергей обнажился по пояс и вышел к столу. Александр Маркович, что-то быстро писал, покрывая лист бумаги, мелким разборчивым почерком. Увидев, что пациент готов, он спрятал лист в стол и приступил к осмотру.

– Откуда у вас этот шрам?

– Аппендицит вырезали, – упавшим голосом ответил Кондрашёв. – Это ещё до армии.

– Где делали? Кто? – Александр Маркович поднял глаза и внимательно посмотрел в лицо Сергея.