Соло для шпаги

Черная шляпа с пером, оттопыренная шпагой пола темного плаща. Двух мнений быть не может: убийцы еще здесь!

Прислонившись к стволу дерева, наемник любовался видом объятого пламенем сарая. За этим интересным занятием он и умер. Я не стал размениваться на благородные мелочи вроде приглашения к бою – удар стилета в спину сделал свое дело. Тут вам не дуэль, тут война!

Из-за угла дома появился еще один человек в шляпе и плаще и направился в мою сторону. О неприятности, приключившейся с товарищем, он знать не мог, так как перед домом было гораздо светлее, нежели в тени деревьев.

По той же самой причине невозможно было на расстоянии отличить меня от убитого наемника. Я решительно отправился навстречу, держа руку под плащом на эфесе шпаги.

Мой противник заподозрил неладное, когда расстояние между нами сократилось метров до трех.

– Эй, а где Дюпон?

По крупной комплекции я уже предполагал, что мне посчастливилось встретиться на узкой тропинке с д’Эльми, а подав голос, он лишь подтвердил мою правоту.

Шпага молнией вылетела из-под моего плаща и полоснула здоровяка по лицу. Ума не приложу, как он сумел отшатнуться таким образом, что отделался лишь порезом на правой щеке. Воистину крупные люди иногда проявляют просто чудеса ловкости и изворотливости! Д’Эльми успел даже выхватить шпагу из ножен, но на этом запас его везения был исчерпан. В следующем выпаде я проткнул наемника насквозь.

Несколько мгновений боец де Монтегю еще сохранял равновесие, держась рукой за пробитую грудь и судорожно пытаясь вдохнуть воздух широко раскрытым ртом.

Потом ноги его подкосились, д’Эльми грузно осел на землю, после чего завалился на спину. Я кончиком шпаги откинул полу его плаща в сторону. На поясе наемника обнаружился кинжал Бельчонка, а по соседству с ним располагался тот самый кошель, что был передан вору в «Каштане». Значит, вот кто убивал Мигелито!

С трудом подавив приступ ярости, я забрал заработанные моим другом деньги, потом извлек кинжал-рондель из ножен и ударом в грудь добил уже слабо хрипевшего к тому моменту противника.

Мне показалось правильным и весьма символичным оставить кинжал Бельчонка в теле его убийцы.

Покончив со вторым негодяем, я поспешил к дому. Огонь уже охватил дощатый фронтон, нужно было поторапливаться.

В маленькой кухоньке рыжеволосый наемник суетливо сбрасывал приглянувшиеся предметы утвари на расстеленный на полу плащ. При виде меня он испуганно закричал и попытался заслонить телом свою добычу.