Подобен морской волне

Я больше не мог с этим справиться и вышел из комнаты…

Я направился к выходу, но напротив лестничного пролета перед моим носом открылась дверь, и оттуда вышел парнишка с озадаченным видом. У него были татарские черты лица. Одет он был в такой же дурацкий спортивный костюм, как и я. Мы оглядели друг друга, и он спросил:

– Тоже заселяешься?

– Ну да.

– Айда ко мне в восемьдесят первую.

Это была комната, из которой он вышел. Я вошел внутрь и увидел такой же пейзаж, как в Аленкиной комнате. Такие же голые стены и пружинные кровати.

Плюс здесь еще моргала лампочка. Когда я увидел чемоданы посередине комнаты, понял, что этот приятель тоже столкнулся с одиночеством. Мне стало легче. Мы познакомились. Его звали Саня. Он приехал из Татарстана, сюда поступил на платной основе, любит футбол, болеет за «Спартак». Я приехал из Псковской области, поступил на бюджет, что люблю – пока не знаю. Говорить было больше не о чем, и он предложил:

– Может, по пиву?

– Спасибо, я не пью.

– Это правильно, я тоже.

Ну, пошли хотя бы за семками сходим. Да и лампочку надо купить, а то эта что-то моргает.

Мы пошли в магазин, взяли лимонада и семечек. По возвращении вспомнили про лампочку, и я предложил открутить ее из Аленкиной комнаты. Все равно туда еще никто не заселился. Саня сказал, что это хорошая идея. Мы так и сделали. А заодно захватили еще пару тумбочек и книжную полку. Когда мы застелили свои кровати, стало хотя бы чуточку уютнее. Но главное, что одиночество оставило нас в покое. Времени было уже около двух часов ночи, и мы легли спать.

На следующий день пришлось отстоять огромную очередь, чтобы зарегистрироваться в общежитии. До первого сентября оставалось два дня. Мы с Саней потихоньку обустраивали свою комнату. Комната рассчитана на троих, так что места у нас было достаточно. Вечером появился новый персонаж. Егор. У Егора были крашеные волосы. Он был панком. У него была с собой рваная черная сумка. Он зашел в нашу комнату и спросил, есть ли у нас еще место. Мы сказали, что еще одно место есть.

«Тогда я с вами», – сказал он. Он занял последнюю койку. Потом Егор достал из своей сумки небольшую чугунную сковородку и, сказав, что это очень важная вещь, вручил ее мне. «Берегите ее», – сказал он. Потом он закинул сумку на шкаф и уехал. Мы не видели его две недели.

На следующий день к нам постучался еще один человек. Он спросил, есть ли у нас еще место. Мы сказали, что места больше нет.

– А это чья кровать?

– Это Егора.