Москва, мы вернулись за счастьем

Мальчик был очень худой с осунувшимся лицом, ввалившимися огромными серыми глазами и жуткими, в пол лица, синяками под этими глазами. Было понятно, что, несмотря на возраст, мальчик не мог сам идти, тем более подниматься по лестнице на третий этаж, и поэтому надо было нести его на руках. Тимофей, не разуваясь, отнёс мальчика в зал и посадил на диван. На минуту воцарилось молчание, Тимофей отдышался и заговорил. Он говорил тоном, не предполагающим никаких возражений, по-чекистски, что этот мальчик теперь будет жить здесь, он будет усыновлен им и его женой.

Все молчали, ожидая продолжение рассказа. Продолжение последовало. Тимофей сказал, что мальчика он нашёл в детском доме в городке Голая Пристань Херсонской области. Это сын его давнего друга, некого Василия, который так же, как и Тимофей, инспектировал детские дома с времен Гражданской войны по территории юга СССР. Тимофей давно потерял с ним связь, а сейчас выяснилось, что Василий умер ещё в 1925 году, а его жена с двумя маленькими детьми осталась учительствовать в детдоме в Голой Пристани, там, где её мужа застала безвременная кончина. Буквально за несколько дней до приезда московской комиссии женщина и её дочь умерли, а мальчика он забрал, чтобы вылечить и воспитать как своего сына. Александра склонилась к ребёнку, ласково и тихо спросила: '' Как тебя зовут, сынок? '' '' Куда только делся твой командный голос'' – подумала Матильда, а мальчик ответил ещё тише: '' Тосик…'' '' Тосик? Тебя, наверное, мама так называла, а можно я буду называть тебя Толиком? '' Мальчик не ответил, чувствовалась, что слова даются ему с большим трудом. Матильда по-прежнему молчала и отметила про себя: '' Влезла-таки со своей редактурой ни раньше, ни позже. Пусть бы и был Тосиком пока. '' Тишину нарушил топот маленьких ножек, в зал вбежала Василиса. В ручонках она несла игрушечную машинку-модельку Руссо-Балт. С игрушками тогда было, мягко говоря, не очень. Эту замечательную машинку, скорее даже не игрушку, а сувенир, кто-то подарил Тимофею, а он отдал Василисе. Девочка подскочила к мальчику и залепетала: ''Ты мачик, тебе масинка, я девичка, мне масинка не нюня. Мне надо кукля. На, дези. '' Не восхититься благородным поступком было невозможно, но очень пугала вероятность того, что даритель передумает, причем прямо сейчас.