По прозвищу «Самурай»

Они ходили между рядами и тоже что-то присматривали себе.

– Антон, – кто-то окликнул меня.

Я обернулся и увидел Скифа с двумя бойцами на конях.

– О. я смотрю, ты уже прибарахлился, – цокнув языком, оценил он мой наряд, – когда в город поедешь?

– Завтра конвой, – вздохнув, ответил я, – с ним и поеду, спешить некуда.

– Это верно, – кивнул он, – тогда вечерком загляну в таверну, поболтаем.

Я утвердительно кивнул, и Скиф умчался по своим делам, оставив только кучу конского дерьма на площади, которую, надо сказать, тут же убрали подоспевшие специальные дворники.

Нельзя портить картинку конским дерьмом. В средние века, наверное, всем было по хрену на подобное. Я быстрым шагом пошел в таверну Армена, и тут понял, что сделал одну ошибку. Кольчуга нагревалась на солнце, нужно было что-то купить, чтобы надеть сверху. Немного подумав, я не стал возвращаться на рынок – плохая примета. Через пару минут толкнул дверь в заведение Армена, поднялся к себе и поверх кольчуги надел свою старую самурайскую коседе. Наверное, я самый антуражный рыцарь – самурай теперь, да еще в крутых ботинках Криспи.

Когда я через пятнадцать минут спустился в столовую, несколько пар глаз тут же уставились на меня. Ступеньки все так же скрипели на лестнице, но цоканья по дереву уже не было, ботинки ступали легко и тихо. Кольчуга слегка позвякивала при движении, но только слегка. В целом, я остался доволен нарядом и произведенным на окружающих впечатлением.

– Самурай, а чего ты обедаешь в кольчуге? – услышал я чей-то голос и повернулся в зал.

В таверне царил полумрак, я не сразу заметил одного из дружинников, сидевших у входа и работавшего ложкой. В тарелке перед ним дымилось что-то вкусное, что у меня тоже потекли слюни. По-моему, он как раз вчера меня встречал у ворот.

– Так мало ли что, тут у вас опасно! – в тон ему ответил я и присел за соседний столик, – завтра в Вавилон поеду, нужно отметиться и доложить о прибытии, не знаешь, во сколько караван уходит?

– Утром, – кивнул он и отпил пива из глиняной кружки, – сразу как всех соберут, охрану дадут, так и поедем.

Я сам тоже еду, надеюсь, проблем не возникнет, двадцать человек охраны дают, – подмигнул он мне, – ты серьезная фигура теперь, охраняют тебя.

Я засмеялся, посмотрел в окно, сделав вид, что мне это безразлично. Караван поедет завтра утром, двадцать бойцов в охране – это серьезно. Обычно всегда сопровождают, но бойцов пять, может быть, десять, это мне Армен говорил.