Миссис Всё на свете

Ей хотелось что-нибудь сказать – прошу тебя! – или взять ее за руку и подвинуть вибратор в нужное место, и тут Линетт провела чашечкой по животу, пока он не уткнулся туда, где начинались лобковые волосы. Джо сжала кулаки и закачала бедрами вверх-вниз, отчаянно желая, чтобы Линетт направила жужжащую чашечку куда нужно. На висках и на пояснице выступил пот, шумное дыхание девушки едва не заглушало пластинку Конни Фрэнсис.

– Нравится? – охрипшим голосом спросила Линетт.

– Да! – выдавила Джо.

– Хочешь, чтобы я продолжала?

Джо кивнула, не решаясь заговорить.

Она вцепилась в покрывало обеими руками, широко расставив ноги.

– Ладно, – сказала Линетт и направила край чашки ниже трусиков – в то место, которого пальцы Джо касались во время мытья, в то место, которое она никогда не позволяла себе трогать ни в спальне, ни в душе.

Эффект был потрясающий. Тело Джо выгнулось на кровати дугой. Ногти вцепились в покрывало, и она резко выдохнула, почти всхлипнула.

– Здесь? – спросила Линетт, очень довольная собой.

Джо взяла руку подруги и чуть-чуть изменила угол наклона чашки. По животу и между ног разлилось тепло и восхитительное возбуждение, грозившее ее захлестнуть. Она почувствовала, как напряглось все тело, готовясь к какому-то бесподобному расслаблению.

– Ох! – произнесла она надтреснутым голосом, приподняв бедра. Не раздумывая, почти не осознавая, что делает, Джо обхватила свою лучшую подругу за шею обеими руками и притянула к себе.

Они соприкоснулись телами и губами. «Сейчас Линни даст мне пощечину», – проскользнула смутная мысль. Зажатый между ними вибратор, направленный под идеальным углом, глухо гудел. Волны наслаждения окатывали тело Джо. Пальцы сжались, ноги сомкнулись, мышцы задрожали. Губы Линетт оказались такими же сладкими, как Джо и предчувствовала, язычок – горячим, энергичным и необходимым ей сейчас как воздух. Бедра Джо дернулись вверх раз, другой, третий, и наконец девушка содрогнулась в мощном экстазе. Ее охватило острое и сладкое, почти невыносимое блаженство.

Джо откинулась на подушки, тяжело дыша, к ней прильнула Линетт – раскрасневшаяся, нежная, ароматная. «Сейчас, – подумала Джо. – Сейчас она меня прогонит». Между тем Линетт довольно посмеивалась и вовсе не спешила ее отпускать. Склонившись над полураздетой подругой, чтобы взглянуть на часы на комоде, она сказала:

– До прихода моих еще целый час.

Джо кивнула.