Король крыс

«Да, – подумал он спокойно, – наверное, дня три у меня еще есть». Лихорадка трепала его столь часто, что стала такой же привычной частью его жизни, как и дыхание. Сейчас она повторялась раз в два месяца. Он вспомнил, как в сорок втором должен был уйти в отставку по настоянию врача. Когда малярия добирается до твоей селезенки, пора домой, старина, – домой в Шотландию, назад к прохладной погоде. Купить маленькую ферму около Киллина с видом на красоты озера Лох-Тей. Тогда можно выжить.

– Да, – устало произнес Мак, ощущая груз своих пятидесяти лет.

Потом сказал вслух то, о чем они все думали: – Но если бы нам достался этот крошечный чертов камушек, мы могли бы вести призрачное существование, не опасаясь будущего. Совсем не опасаясь.

Ларкин скрутил сигарету, закурил, сделав глубокую затяжку. Потом передал ее Маку, который покурил и передал сигарету Питеру Марлоу. Когда они почти докурили, Ларкин сбил горящий конец и высыпал остатки табака в коробочку. Он нарушил тишину:

– Пожалуй, пойду пройдусь.

– Саламат, – улыбнулся Питер Марлоу, что означало «Да будет с тобой мир».

– Саламат, – изобразил на своем сером лице улыбку Ларкин и вышел на солнце.

Пока Грей поднимался по склону к хижине военной полиции, голова его горела от возбуждения. Он пообещал себе, что, как только доберется до хижины и выпустит австралийцев, скрутит сигарету, чтобы отпраздновать это событие. Его вторая сигарета за сегодняшний день, хотя у него осталось яванского табака всего на три самокрутки, а выдача должна быть на следующей неделе.

Он прошагал по ступенькам и кивнул сержанту Мастерсу:

– Можешь их выпустить!

Мастерс снял тяжелый засов с двери бамбуковой клетки, и перед Греем замерли два угрюмых человека.

– После переклички вы должны явиться с рапортом к полковнику Ларкину.

Двое козырнули и ушли.

– Чертовы смутьяны! – буркнул Грей.

Он присел, вынул коробочку с табаком и бумагу. В этом месяце он был расточительным. Грей купил целую страницу из Библии.

Из этой бумаги получались самые лучшие сигареты. Хотя он и не был религиозным человеком, все-таки это походило на святотатство – пускать Библию на раскурку. Грей прочитал строки на обрывке, из которого он собирался скрутить сигарету: «И отошел сатана от лица Господня и поразил Иова проказою лютою от подошвы ноги его по самое темя его. И взял он себе черепицу, чтобы скоблить себя ею, и сел в пепел. И сказала ему жена его…»[11 - Книга Иова, 2: 9. – Примеч. ред.