Да здравствует рок-н-ролл! Грязь и величие мирового рока

LSP вам покажет. L – это фунты, американские доллары – это S, а P – мистер Перри, и еще это мистер Пирамида. У меня очень хорошая память, я отлично помню, как жил в Египте, и я мистер Пирамида. Имя слегка сократилось до мистера Перри, но я мистер Пирамида». 2004 год

«Мой стиль исполнения? Я подражаю Христу. Играть музыку означает заниматься духовным целительством, излечивать мозги тем, кто болен и кто напуган, и тем, кто мертв. Вот мне и пришлось вернуться затем, чтобы пролечить людям мозги, вылечить им голову. Кого-то спасти от кокаинового регги, кого-то от ракового регги, кого-то от регги смерти».

1999 год

«Я бы хотел, чтобы меня запомнили как рыбу – морского ангела, который явился, чтобы накормить народы одним хлебом Боба Марли и двумя рыбами. Я же Ли «Скрэтч» Перри, верно? И я Рыба по гороскопу. Мой знак – это две рыбы, одна смотрит на запад, другая на восток. Боб Марли был Водолей, вода была его стихия. Хлеб дается нам с небес, рыбы из моря, а я кормлю народы музыкой». 2009 год

«Я считаю, Швейцария – это круто, тут никто не ходит с оружием.

Я устраиваю вечеринку в стиле регги, но потом становится скучно, и я уезжаю с Ямайки. Я двигаю в Швейцарию, но я же панк, и за мной тянутся остальные: Тина Тернер, Дэвид Боуи». О своем новом отечестве, 1997 год

Братская ревность: что тут скажешь

Ноэл и Лиам Галлахеры, 1994 год

Джон Харрис: Как вы относитесь к тому факту, что Oasis завоевал репутацию рок-дикарей?

Лиам: Мне это в кайф. Мне это в кайф. Но в конце дня… Я иду домой, и мне звонит мама, ну ты понимаешь? Вот и я тоже.

И она долбит мне по башке, типа: «Как ты себя ведешь, поросенок?»

Ноэл: Это не та репутация, которую бы я…

Л: Мне нравится, когда все вверх дном. Это прямо как у Roses. И мне это нравится. Я хочу видеть, как 2000 человек приходят послушать меня, мать их, а не…

Н: Эй, погоди минутку. Он не об этом.

Л: Об этом.

Н: Он про репутацию людей, которых ссаживают с долбаных паромов.

Л: Да, но это же все одно к одному…

Н: Нет, вот когда дело доходит до скандалов на паромах – бла-бла-бла – и депортации, вот это я уже не люблю…

Л: А я люблю, и что?

Н: Ладно.

Так, если тебе нравится, когда тебя ссаживают с парома, почему бы тебе не пойти болеть за футбол? Вали к черту из группы и хулигань на поле. Но мы же музыканты, нет? Мы не футбольные фанаты.

Л: Ты бесишься, потому что сам в это время как дурак валялся в кровати и читал свои дурацкие книжки…

Н: Это еще тут при чем.