Сибирский Робинзон

 – Деревья, таежные великаны, амортизировали падение и спасли мне жизнь».

Сильно кружилась голова, которая вдобавок гудела и звенела, при этом намериваясь расколоться на части. Тошнило. Рот был наполнен кровью и крошевом разбитых зубов. Сплюнул – далеко не получилось, попал на себя. Сплюнул ещё раз. Челюсть болела и плохо двигалась. Пройдясь языком по нёбу, понял, что передних зубов у меня больше нет. Уж не знаю, обо что я так удачно приложился, об унитаз, наверное. Зубов было жаль…

Главное, не закрывать глаза, иначе потеря сознания гарантирована.

Разумней было не поддаваться слабости и подождать, пока организм окрепнет. Я честно сопротивлялся, сколько мог; правда, мог немногое. Прикрыл глаза в надежде, что это избавит меня от головокружения, но цветная круговерть, замелькавшая в голове, окончательно добила мою волю. Меня стошнило, и я отключился.

Когда я пришёл в себя, головокружение и тошнота были терпимы, но тело продолжало жутко болеть. Боль была какой-то тупой и всеобъемлющей, словно я – сплошной синяк; очень странная и противная боль.

Без зеркала было понятно, что лицо жутко обезображено. Волосы надо лбом покрылись кровавой коркой, похожей на панцирь. Лоб сильно рассечен. Рана на голове начиналась где-то там, где была вполне приличная прическа, наискосок проходила через весь лоб и заканчивалась около правого виска.

Я не мог прощупать тело, спрятанное под одеждой, но боли в пояснице подсказывали мне, что позвоночник, так или иначе, пострадал. Тупо ныли ребра.

Все это было неприятно, но терпимо.

Внимательно осмотрев левую руку и проделав несколько нехитрых упражнений с пальцами, я утвердился в убеждении, что рука всё же не сломана. Это обнадёживало.

Между тем голова раскалывалась и кружилась. Было чувство, словно я побывал под машиной и одновременно страдал от похмелья. Просто ужасный букет ощущений!

Карман куртки оттопыривался, и это мне мешало. Сунув в карман руку, я неожиданно для себя наткнулся на фляжку, о которой начисто забыл.

«Ром! – подумал я, пытаясь отвинтить крышку. – Черт, вот так счастье подвалило». Добраться до блаженного бальзама оказалось сложной задачей для изувеченного человека с одной нормально действующей рукой. Однако я все-таки добился своего – пыхтя и чертыхаясь, насколько позволяла ушибленная челюсть.

Обидно, но ром не пошел. Стоило мне сделать один небольшой глоток, как меня буквально наизнанку вывернуло. Пренеприятнейшее ощущение, доложу я вам.