Сибирский Робинзон

Я боролся с ним изо всех сил, гнал взашей, но он всегда возвращался и спрашивал, спрашивал, спрашивал. Долбил, долбил и долбил… И, в конце концов, ему удалось убедить меня, что я зашел в нравственный тупик, ибо моя работа не нужна людям… Единственным оправданием было то, что за неё платили деньги…

«Как же стыдно заниматься глупостями, при этом строить умное лицо и говорить мудрёные слова, – с ужасом думал я, – других я ещё могу обмануть, но себя, себя-то не обманешь, правда всегда победит.

И вот она победила. Какой ужас! Какой стыд и позор!»

Закрыв руками раскрасневшееся от стыда и водки лицо, я долго сидел так, боясь увидеть в темном окне собственное отражение.

В этот момент мне хотелось, чтобы рядом оказался кто-то родной, с кем можно было бы разделить тяжкую ношу. Но «…у меня есть братья, но нет родных», как спел когда-то странный поэт. А ведь семьи и существуют для того, чтобы было на кого опереться!.

. И при мыслях о семье снова заскреблись в душе моей кошки, и снова загоревал я над обломками своего матримониального плана.

«Покурить, что ли?» – мелькнуло в моем хмельном мозгу.

Я поискал глазами сигареты, но ни на подоконнике, ни на столе, ни под столом их не было. Я пощупал карманы.

«Где же они? – удивился я, и тут же стукнул себя ладонью по лбу: – Вот чёрт меня побери! Я ведь бросил курить!»

Ева на дух не переносила запах табака, а уж уговорить её поцеловаться после выкуренной сигареты, было невозможно в принципе.

Э-хе-хе, где ты сейчас, хорошая девушка Ева!..

В поле моего зрения попала плита, и мне захотелось очень сладкого, до приторности, чаю, причем обязательно с лимоном. Поставив закопченный чайник на плиту, я тупо созерцал синий цветок газа…

А по стеклу безразлично барабанил дождь…

Чайник засвистел. Стараясь ни о чём не думать, я налил чая в большой бокал.

Бросил в него шесть ложек сахара, два кружка лимона и принялся ждать, когда напиток остынет до приемлемой температуры…

Есть такое понятие – самобичевание. Уж поверьте мне, несчастному: это детская забава по сравнению с тем, что в тот вечер я вытворял с собою. Самоуничтожение и саморазрушение собственного «Я», вот настоящая пытка для сходящего с ума человека.