О большой стратегии

Это усугубляет проблему, на которую уже давно указывал Генри Киссинджер: «интеллектуальный капитал», накопленный лидерами прежде, чем они достигнут вершины, – это все, на что они могут опереться, будучи на вершине[41 - Henry Kissinger, White House Years (Boston: Little, Brown, 1979), p. 54; Генри Киссинджер, Годы в Белом доме, т. 1 (Москва: АСТ, 2020), с. 69.]. Теперь у людей меньше времени для освоения нового, чем было у Линкольна.

Получается, что именно высшая школа должна воспитывать умы студентов, пока она владеет их вниманием.

Но и в академических кругах нет единства. Образовался разрыв между изучением истории и построением теории, хотя для соотнесения целей со средствами нужно и то и другое. Историки, понимая, что в их науке наиболее плодотворны исследования в специальных областях, обычно избегают обобщений, без которых не бывает теории: тем самым они лишают себя способов упрощения своей сложной материи, которые позволяют нам ориентироваться в ней. Теоретики, которым хочется, чтобы их воспринимали как «ученых», исследующих общество методами точных наук, стремятся к «воспроизводимости» результатов: это приводит к упрощению сложных вещей ради предсказуемости. Оба этих лагеря не учитывают взаимосвязи между общим и частным – между универсальным и локальным знанием – составляющие основу стратегического мышления. Кроме того, представители обеих групп слишком часто плохо пишут, усугубляя недостатки метода невнятностью изложения[42 - См. : Michael Billig, Learn to Write Badly: How to Succeed in the Social Sciences (New York: Cambridge University Press, 2013). О связях между историей и теорией я более подробно написал в книге: John Lewis Gaddis, The Landscape of History: How Historians Map the Past (New York: Oxford University Press, 2002). Джеймс Скотт рассуждает о различии между универсальным и локальным знанием в своей книге: James C. Scott, Seeing Like a State: How Certain Schemes to Improve the Human Condition Have Failed (New Haven: Yale Unversity Press, 1998); Джеймс Скотт, Благими намерениями государства. Почему и как проваливались проекты улучшения условий человеческой жизни (Москва: Университетская книга, 2005).].

Есть, однако, и более старый способ, посредством которого история и теория действовали сообща. Макиавелли намекает на него в письме-посвящении к своему произведению «Государь».