Волк с Уолл-стрит

И потом… ну, в общем, еще когда я был мальчишкой… я впервые влюбился в женские туфли. И вы знаете, откровенно говоря…

И вот таким образом он начал с невероятным количеством подробностей рассказывать о том, как еще подростком всей душой полюбил женские туфли и как однажды – он не мог точно сказать, когда – он был потрясен, когда осознал, какие безграничные возможности есть у дизайнера женских туфель – такое множество там разных каблуков, ремешков, кантиков, пряжек и всевозможных материалов, с которыми можно работать.

И такое множество декоративных орнаментов, которые можно ко всему этому присобачить. Затем он принялся подробно объяснять, какое наслаждение он получает, когда гладит дамские туфли и особенно когда проводит пальцами по их подъему.

Я украдкой оглядел биржевой зал и не мог не заметить удивленных взглядов моих стрэттонцев. Даже ассистентки, от которых обычно можно было ожидать хоть какого-то соблюдения приличий, удивленно качали головами.

Некоторые гримасами изображали отвращение и картинно закатывали глаза.

А затем началось:

– Чертов извращенец!

– Да он же больной!

– Ты что, голубой, что ли? А ну пошел отсюда!

Снова шиканье, топот и свист – явные признаки провала.

Ко мне, качая головой, подошел Дэнни.

– Чертовски неловко получается, – проговорил он.

Я кивнул.

– Зато, по крайней мере, он согласился депонировать свои акции у третьего лица.

Жаль, что мы не смогли подписать сегодня все бумаги, но нет в мире совершенства. Надеюсь, что он прекратит нести эту чушь, или они его живьем съедят.

Я покачал головой:

– Не знаю, не знаю… Всего несколько минут назад мы с ним обсуждали его выступление, и он вроде все понял. У него ведь действительно хорошая фирма. Ему просто надо суметь об этом рассказать. Я понимаю, что он твой друг и все такое, но он же полный псих.

Дэнни бесстрастно ответил:

– Он всегда был таким, даже в школе.

Я пожал плечами.

– О`кей, я подожду еще минуту, а потом придется вмешаться.

Как раз в это время Стив посмотрел в нашу сторону, и я увидел, что он в буквальном смысле обливается потом. У него на груди был темный круг размером с картофелину. Я покрутил пальцем, показывая ему, чтобы он закруглялся. Потом одними губами показал:

– Расскажи о планах своей компании!

Он кивнул.