Девичьи игрушки

На нем, впрочем, была и печать, и дата, кажущаяся уже невероятной, – 01.02.91.

Как раз в феврале того года он пришел в милицию: молодой, еще глупый, лишь только-только отслуживший в ВДВ и успевший повоевать в Карабахе.

Всхлипывая, вошла Нина-Алена, которую осторожно поддерживал за оголенные пышные плечи Хасикян.

– Вот… даже и не знаю, кто это мог сделать, говорю я вам.

– Хорошо, – кивнул старлей. – Тогда скажите: вы знали, что было в сейфе?

– Денег тысяч сто… – выдохнула секс-магичка. – В рублях и в валюте… Всякие украшения – для ритуалов… Немного, тысяч, может, на восемь… долларов… Несколько всяких старых книг – совсем потрепанных… О, еще были документы на недвижимость и на фирму! – радостно вспомнила бабенка.

– Кто еще знал о содержимом сейфа? – строго осведомился Армен.

– Лидка… то есть Смотрительница Ночных Залов леди Ровена… То есть… Господи, неужели это она Гошу?! – разрыдалась дамочка.

– Короче, – с нажимом произнес Хасикян. – Не отвлекайтесь!

– Лидия Ровнина, – утирая обильные слезы, произнесла жрица.

 – Вот… – Она протянула мобильник, извлеченный из выреза роскошного, черного с серебром платья. – Позвоните сами, я не могу… Третий в списке.

Лейтенант взял телефон, не преминув подержаться чуть дольше, чем нужно, за изящную женскую ручку в дорогих кольцах. Модель была из самых дорогих и навороченных; борясь с уличными грабителями, поневоле научишься разбираться в марках этих игрушек…

Пока Хасикян вызванивал означенную Лидку, пока объяснял ситуацию, за разработку свидетельницы взялся Борисыч.

Савельев тем временем обратил внимание на шкаф, наподобие картотечного в библиотеке.

На верхнем ящике – бумажка с короткой и лаконичной надписью от руки: «Про меня».

Ниже: «Про нас».

Третий: «Тайны мира».

Четвертый ящик был помечен: «Почта».

И наконец пятый, самый нижний: «Свежая почта».

В первом, как тут же убедился майор, лежали три пухлых тома альбомов, сплошь заклеенных вырезками из газет о деятельности покойного мага.

Их Савельев тут же передал Волкову, решив приобщить к делу.

Точно так же, как и один том вырезок из следующего ящика.

В третьем лежали груды каких-то папок, но Савельев не успел обратить на них внимание, потому что Борисыч выдвинул нижний ящик.

– Так, – бросил он Савельеву, – взгляни-ка: тут пусто.

Майор понял старого сыскаря с полуслова.

– Скажите, – обратился он к вновь было начавшей всхлипывать жрице, – а вы обычно много писем получали?

– Да как когда, – сообщила Нина.