Сети зла

Обыкновенный такой неказистый мужичонка, рыжий, с торчащими во все стороны вихрами, конопатый и курносый. И рога не такие уж и большие, как в свитке настоятельницы намалевано. Даже, наоборот, махонькие. С ее мизинец. И хвоста козлиного с кисточкой нет. Вот и верь после этого книжкам.

– Ты стой себе, стой на месте! – прикрикнула дева-воительница, заметив, что бес переминается с ноги на ногу, как бы готовясь к прыжку. – Я еще не придумала, какой каре тебя подвергну!

– А без этого никак нельзя? – поинтересовалось чудище.

 – Без кары?

– Нет! – отрезала категорично.

Когда еще представится случай совершить подвиг во имя веры?

– Слышь, дочка! – заскрипел сатир. – Может, разойдемся полюбовно? Ты меня не видела, я тебя не видел. Как-никак одним и тем же промышляем.

Ничего себе!

– Ты меня с собой не ровняй! Я, между прочим, чужого не ворую. Это и так все наше, монастырское! Так что…

Вот оно. Нашла. Нет более мощного оружия против чертей, чем святая вода. Только чем бы ее зачерпнуть?

– Ну, перекантовался я у вас месячишко-другой, – продолжал канючить рогатый.

 – Так ведь никому порухи не было. Истощал, оголодал малость за время дальнего странствия. Вот только котомочку ветхую харчишек соберу и дальше отправлюсь.

Пнул ногой объемистую торбу, лежавшую у его ног.

«Вот, и копыт нет. Врут, все врут в книжках!»

– А далеко ли путь держишь? – разобрало любопытство Орланду. – И откуда?

– Ой, да сами мы не местные-э, – загнусавил мужичок. – Идем-бредем из дале-ока, из самой Куявии.

Послан от обчества ко святым местам. В самые Дельфы. Припасть к ключу-у Кастальско-му, испросить судьбу-долюшку у оракула. А то тяжко там стало. Последние времена настают. Гонят нас отовсюду твои единоверцы, дочка. Князь Велимир совсем осерчал. Лютым зверем по своим владениям рыщет, бесов искореняя… Особенно ж сдурел, когда дочка его, Светланка, из заморских краев воротилась. В аккурат, у вас в городе и гостевала.

Леший тяжело вздохнул:

– Мы ж, князья лесные то есть, никому худа не творим, за живностью присматриваем вот, – и любовно погладил разомлевшего у него на руках кусика.

 – А чей-то ты делаешь? – подозрительно зыркнул он на Орланду, прервав свои жалобы.

Девушка как раз начала сооружать метательный снаряд страшной убойной силы.

Пока заморский гость разглагольствовал, она разыскала горшочек подходящих размеров. Вычистила его от находившегося там смальца, который пришлось наскоро употребить (не пропадать же этакому добру, в самом деле).