Слепящая пустота

Я шел за ним по поверхности со стороны Гончаровки. Он долго выслеживал вашу группу, тщательно взвешивая собственные силы. Если людей слишком много, слабые мутанты стараются не атаковать, но этот попался матерый, всех с одного раза положил.

– Зачем он рейдерам? Ведь они могли бы и без него с оружием в руках захватить беженцев.

– Нет, не могли… – Фишер выругался, споткнувшись о прошмыгнувшую под ногами крупную крысу. – Завязалась бы перестрелка, ведь у ваших наверняка имелось оружие, даже у женщин. Непременно кто-нибудь погиб бы.

У работорговцев, между прочим, каждый человек на счету. Кроме того, во время боя велика вероятность повреждения живого товара. Одним словом, мутант-союзник здорово экономит силы и нервы.

Вдалеке забрезжил неясный свет, послышались голоса. Наемник выключил фонарь. Карел услышал, как в темноте звякнул металлический болт, вставляемый в арбалет. Теперь они двигались медленно, вжавшись спинами в тюбинги туннеля, давно обжитые холодными безжизненными проводами.

* * *

Яркий свет бил из прожектора, установленного на моторизированной дрезине.

Рейдеры грузили связанных женщин. Плененных детей нигде видно не было. Будто подслушав чужие мысли, наемник нервно зашептал:

– Как правило, дрезин у них две: на первой отправляют детей, на второй перевозят женщин. В этот раз всем места определенно не хватит, часть ублюдков пойдет по путям пешком.

– Я не вижу мутанта.

– Он там, я чувствую эту тварь. Его не пустят на дрезину, пойдет к рейдерской базе своим ходом.

– А где она находится? – спросил Музыкант, но Фишер ему не ответил.

Дрезина медленно покатилась по ржавым рельсам. Как и предполагал наемник, пятеро рейдеров остались в туннеле, и Карел, наконец, смог рассмотреть среди них сутулую фигуру мутанта.

– Ну, вот и все… – наемник дождался, когда громко переговаривающиеся работорговцы тронутся в путь, затем снова включил фонарь и, положив арбалет на шпалы, стал меланхолично привинчивать к анему извлеченный из кармана разгрузки оптический прицел.

 – У тебя есть хоть какое-нибудь оружие кроме той гомерической рухляди, что я выкинул на станции?

Музыкант молча снял из-за спины гитарный кофр и, отстегнув блестящие замки, извлек на свет изящную СВД.

Фишер тихонько присвистнул:

– И ты по-прежнему утверждаешь, что не являешься тем человеком, о котором я тебя недавно спрашивал?

– Возможно, он мой однофамилец, – безразлично пожал плечами Карел, возвращая заметно полегчавший кофр за плечо.